Книга На чужих берегах, страница 33 – Алексей Пинчук

Мы с Кайей смотрели за этой встречей издалека, причем я смотрел с любопытством, а девушка хмуро, изподлобья.

— Ты чего? — Наконец решился спросить я, состроив на своей роже выражение вопроса.

— Три корабля. — Кратко ответила мне девушка, и сопроводила свои слова жестом, показав три пальца — Там два.

Подумав, я сообразил о чем речь, а когда понял, обернулся обратно к толпе, и только сейчас заметил, что кое где мелькают лица на которых совсем нет радости. Скорее уж наоборот.

— Понятно… — Покачав головой подытожил я — четыре потопленных галеры только при мне. Если так дальше пойдет, то скоро вы будете ходить исключительно пешком…

Видимо Кайя подумала о том же, и поджав губы, резко развернулась и быстро зашагала домой, даже не обернувшись посмотреть, иду ли я следом. А уже дома, о чем-то долго спорила с отцом, по видимому, не стесняясь в выражениях. А закончился этот разговор ударом отцовского кулака по столу. И все, в доме снова наступила тишина.

Я же, даже гадать не стал, о чем идет речь, поскольку даже не став ужинать сразу отправился на свою постель. Где пользуясь тем, что на меня никто не обращает внимания, сидел снова перед кристаллом и пытался повторить то, что при мне получалось у детей, и совершенно не получалось у меня. Вот только упрямые искорки не желали лезть в камень. Они вообще вели себя так, словно им было на меня плевать. Сволочи мелкие…

Через некоторое время, меня окликнули, и подняв голову я увидел девушку, протягивающую мне кружку с местным аналогом чая. При этом девушка неодобрительно покосилась на кусочек хрусталя, который я самовольно прихватил с собой, но ничего не сказала. А я, скорее всего покраснел, но извиняться не стал. Я же с возвратом?

Положив кристалл на сундук, поднялся и взяв кружку кивком поблагодарил девушку. Сел было за стол, но заметив, что кузнец уже укладывается спать, вышел на улицу и сел на лавочку у стены. Самому мне спать не хотелось.

Посидев немного, достал из внутреннего кармана сигару и задумчиво покрутил ее в руках. А потом спрятал обратно. Незачем это. Пока еще не сильно хочется, значит не нужно.

Через некоторое время, ко мне присоединилась Кайя, тоже с кружкой в руках. Так мы и сидели молча, просто глядя в темноту и думая каждый о своем. Не знаю, о чем думала девушка, а я вспоминал дом и прикидывал, а хочу ли я туда вернуться. Там меня никто не ждет, и никто не заметит, что меня нет. Дед давно уже умер, родители встречают старость в другом городе, переехали туда где теплее, как только вышли на пенсию. А потом к ним уехала моя сестра. Меня тоже звали, но как то неуверенно, что ли. Отвыкли они от меня, а скорее всего и не привыкали никогда. Это сестра поздний ребенок, которая всегда была рядом с ними. Я же рос в тот период, когда разгул рыночной экономики не оставлял родителям свободного времени на воспитание ребенка. И воспитывал меня дед. А когда они спохватились, было уже поздно. С тех пор я с ними виделся редко, а в последний раз был у них в гостях и вовсе года три назад.

Наконец, мы не сговариваясь поднялись с лавки и отправились в дом, в котором горела одинокая свечка, с трудом разгоняя темноту. Кайя подошла к источнику света, и потушив ее отправилась спать, я же просто лег на шкуру, опять положив перед собой кусочек хрусталя, но мысли витали где-то далеко от попыток учиться магии.