Книга Идущий в тени 8, страница 25 – Марк Амврелий

Город, к которому я приблизился, отличался от обычных городов. Застроен он был хаотично, при чём все здания, кроме одного, были из дерева. Все как на подбор кривые, косые, от холода заделанные глиной и мхом. Но вот что удивительно. Среди всего этого скопления халуп, в центре, на холме, возвышалась каменная громада храма. Тот, будто в насмешку над всем городом был изысканным, выполненном в стиле греческих строений с колоннами из белого мрамора. Меж колон мелькали фигуры в красных балахонах, судя по всему служители этого самого храма. Вот только выводы были сделаны из-за их количества в одном конкретном месте, точнее мне не разглядеть с большого расстояния. Вполне возможно, что это праздничная одежда горожан для богослужений. Впрочем, я завтра изучу этот вопрос точнее. Дорога меня измотала, а допускать ошибки из-за усталости, когда в принципе ничего не горит… Глупо.

Ночь прошла без особых приключений. После показательной казни особо прытких, желающих сесть на шею и ничего не делать — жизнь подземного королевства ушла в куда более конструктивное русло. Так что я, даже не оповещая о своём возвращении никого, отправился отдыхать, готовясь завтра встать пораньше и изучить новое место.

Сказано — сделано. И пусть говорил я себе, а не кому-то. Однако встал в районе четырёх утра и отозвав Барсика, чтобы тот меня не демаскировал, телепортировался к месту назначения.

Агриамора даже в ранние часы бурлил жизнью. Диковатой, для большинства жителей тех мест, откуда я прибыл, однако кристально понятной для инстинктивного восприятия. Множество мест, где шли тренировки воинов. Мастерские, что не создавали ювелирные изделия, декор или образцы высокого искусства, но были направлены на закрытие первичных потребностей жителей. Кожевенные мастерские, кузницы, оружейные мастерские, в которых собирались деревянные части обмундирования и вооружения. Часть населения занималась производством съестных припасов. Какого-то великого разнообразии в их пищевом рационе не было, лишь комплект самых необходимых для выживания растительных культур и животных.

Удивительно, но я во всём городе не нашёл ни строителей, ни, тем более, представителей науки и искусства. Казалось, что все жители, от младенцев, до стариков, находящихся в глубокой старости, живут лишь для того, чтобы жить или даже выживать. Вот только в моей голове никак не укладывалось, почему, если они заточены на войну, их город огорожен деревянным частоколом. Ведь даже если они совершают набеги, а не ждут нападения, у них появляются враги. И где, в таком случае их достаток? Рабы, что выполняли бы за них тяжёлую работу? Что-то из трофеев, что выбивалось бы из общего антуража? И уж тем более, почему их оружие не было продвинутым, прокаченным? И уж тем более, странным был и тот факт, что во всём городе я не встретил ни одного игрока.

Не менее интересным был и сам храм. Он выделялся на общем фоне как лежащее на бархатной подушечке изумрудное колье, что представлено не в музее или комнате знатной леди, а в свинарнике. Он выделялся настолько, что я осознанно его игнорировал, наматывая круги по городу, ища какой-то подвох. Не знаю, сколько бы я его искал, если бы в девять утра не произошли странные и весьма занимательные события.