Книга Путь Стратега 8. РеалРТС, страница 105 – Луций Корнелий

— Он рехнулся, — коротко охарактеризовал Поций действия моего славного коллеги Иворна Сандиса, войска которого готовились к первому быстрому штурму.

Я ничего не ответил военному трибуну. Тогда тот спросил:

— Мы же не будем в этом учавствовать?

— И отдадим всю славу его общипаным орлятам? — возразил ему другим вопросом Ган.

— Добрый мой друг и товарищ, — усмехнулся Поций. — Есть много способов славно умереть на такой войне, но лезть на стены без подготовки по первой прихоти стратега… — затем Поций сильно понизил голос и полушепотом добавил. — Я начинаю сомневаться, видит ли уважаемый Сандис разницу между войной и гладиаторскими играми. Во имя тёмных глубин задницы Неридии… Мы пришли сюда победить, а не просто красиво сдохнуть.

Я лишь мрачно хмыкнул в ответ. План Сандиса работал. Даже самые стойкие люди задавались вопросом: «Что за хрень происходит?»

— Мы не будем в этом учавствовать непосредственно, — наконец произнес я. — Но поддержать союзников своим присутствием и огнём артиллерии просто обязаны.

Пять тысяч легионеров и две тысячи воинов вспомогательных подразделений готовились к штурму. Там были лояльные шаддинцы, чернокожие наёмники из дальних стран, местные аналоги штрафбатов, набранные из провинившихся воинов, преступников и рабов.

Минотавр Горий с важным видом бродил вдоль стены, крутя над головой обоюдоострый топор. Вот уж кто точно не видит разницы между войной и выступлениями на арене. Правда теперь его зрителями стали враги, которые вместо восторженных криков орали оскорбления. Однако, кажется, минотавр был рад и такому вниманию. Он подмигивал, кровожадно улыбался, демонстрировал мускулы, всячески заигрывая с потенциальными жертвами.

— Тыыыы, даааа тыыыы! — мычаще рокотал его голос, когда он указывал на одного из защитников Табира. — Я тебя запооомнил. Я запооомнил зааапах. Съем твою пееечееь!

Защитники отвечали ему неприличными жестами, но монстр лишь смеялся. Поначалу они также пытались стрелять в него из луков, пращей и стационарных арбалетов. Однако минотавр держался на безопасном расстоянии, а его прочная шкура, защищённая магией, могла выдержать попадания многих снарядов на излёте.

В это время куда более уязвимые человеческие воины империи готовили лестницы для приступа. Ни осадных башен, ни таранов, ни каких-то иных серьёзных инженерных приспособлений у них не имелось. Даже тяжёлые баллисты ещё не были собраны. По стенам города стреляли лишь наши лёгкие орудия, неспособные нанести серьезного урона его укреплениям.

Несмотря на энергичные действия центурионов, мораль многих когорт уже просела. Опытные воины чувствовали, что от всей этой затеи воняет дурной авантюрой.

— Пошевеливайся! Быстро-быстро! — драл глотку средних лет центурион, размахивая узловатой дисциплинарной палкой. — Вам надо просто залезть туда и скинуть вниз сотню обоссаных козопасов! Поднять лестницы!

Однако на лицах легионеров особого энтузиазма я не замечал. План Сандиса по заманиванию врага на наш берег был вполне логичен. Однако вот так слать своих людей на убой ради провокации противника…

Возможно, во мне сейчас боролись два божества войны. Два разных принципа. С точки зрения Забытого это было предательством. Но для Клепсиды такая жертва вполне уместна ради победы. Кто из них был прав? Не знаю.