Книга Позывной "Князь" 4, страница 99 – Лев Котляров

— Я пока не знаю. Пойму, как только увижу, — она продолжила обыскивать стол.

Я прошелся взглядом по кабинету, отмечая множество, как мне казалось, безделушек. Бюст какой-то женщины, шкатулки, камни, фигурки животных. Они все были покрыты пылью. Кроме одной вещи.

— Кажется, это она, — я указал на овальный гладкий шарик из светлого материала. — К ней давно не прикасались.

— Давайте ее сюда, — напряженно сказала она. — Нож есть?

Я передал ей артефакт, но она не взяла его в руки. Затем вытащил кинжал и положил его рядом.

Вероника долго смотрела на лежащие перед ней предметы. Даже замерла и почти не дышала.

Стараясь не мешать принимать важное решение, я сел в кресло напротив и терпеливо ждал.

— Нет, я не могу, — выдохнула она и откинулась на спинку трона Августины, в котором Рокотова выглядела совсем хрупкой.

— И что же теперь делать? — спросил я, покосившись на дверь, за которой раздался очередной стон Леониды.

— Я не знаю! — всхлипнула Вероника. — Это же люди! Целый орден! У меня не получится.

— С чего ты это решила? — удивился я.

— Я же никогда таким не занималась, — она опустила голову. — Может, вы?

— Что⁈

— Владимир Иванович, — с надеждой сказала она, — капля крови и орден будет ваш.

— Но вы же не имеете дел с мужчинами, — вспомнил я слова Старшей матери.

— И к чему это привело? — скривилась она. — Пора уже менять устаревшие правила.

— Не уверен, что остальные разделяют твое мнение, — я даже не заметил, как перешел с ней на «ты». — Сколько уже лет бразды правления держат женщины? И тут появляюсь я? Нет, Вероника. Это не моя ноша.

После моих слов она побледнела еще больше.

Я аккуратно взял кинжал, шарик и ледяную руку Рокотовой. Я понимал, что ей страшно, но она единственная, кто еще держалась на ногах и подумала о безопасности остальных.

— Ты сможешь, а я тебе помогу, — тихо сказал я, осторожно полоснув ее по ладони. — У меня большой опыт в управлении людьми. Ты справишься. Ты сильная.

Мой голос и движения заворожили Рокотову, и та, не отрываясь, смотрела, как набухает алая капля на ее коже.

— Я не смогу! — вдруг крикнула она и выхватила кинжал из моих рук, неаккуратно порезав мне пальцы. — Вы! Давайте вы!

— Нет, Вероника. Соберись, — жестко сказал я. — Выдохни. Сейчас от тебя зависит их судьба. Ты не жаждешь власти, ты не хочешь богатства. Ты лучший кандидат. Возьми и сделай.

Она ошарашенно посмотрела на меня и медленно протянула окровавленные пальцы к артефакту. Едва она его обхватила, тот коротко вспыхнул.

А вслед за этим Рокотова безумно закричала, и из ее глаз и рта хлынул яркий поток света. Он заполнил весь кабинет Старшей матери и ослепил меня.

Яркий свет причинял ужасную боль. Она проникала в голову, жгла нервы и иглами колола все тело.

На долю мгновения я подумал, что полностью лишился зрения, и не видел ничего, кроме ослепительного сияния. Но вслед за этим перед глазами начали появляться картинки.

…Десятки женщин в большом зале, все в темных платьях, внимательно смотрят на меня. Их лица печальны и в глазах сверкают слезинки.

…Огромная библиотека и книга передо мной. Страницы исписаны убористым почерком.

…Уже знакомый мне кабинет и стоящая Леонида, которая что-то говорила, сурово глядя на меня.

Я не сразу понял, что это не просто фрагменты прошлого, а воспоминания самой Августины Юрьевны. Что же за магия была спрятана в этом артефакте? И почему я все это вижу?