Книга Магазин волшебных питомцев 1, страница 26 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Будет ещё хуже, — закончил я за него.

Звягинцев не ответил. Он просто смотрел на меня, как смотрит мент, когда знает правду, но не может сказать её вслух без последствий для карьеры. Я сам так смотрел, когда по звонку сверху спускали на тормозах дела о браконьерах, за которых заступились нужные люди.

Котёнок под курткой перевернулся, устраиваясь поудобнее. Мурчание не прекращалось. Жало тихо царапнуло поясницу, но не ужалило.

— Пойдём домой, рыжий.

Я уже сделал шаг, но Звягинцев негромко окликнул меня:

— Погоди, парень.

Инспектор подошёл, глянул по сторонам, убедившись, что зеваки уже потеряли к нам интерес и расходятся, а затем сунул руку за пазуху форменной куртки. В мою ладонь лёг тяжёлый металлический жетон. Холодный, с глубокой гравировкой — морда оскаленного волка, пронзённая молнией.

— Это экстренный маяк УДМФ, — тихо сказал Звягинцев. — Выдаётся патрульным для вызова подкрепления при угрозе жизни. Если нажмёшь в центр, он активирует пространственный пробой. Через тридцать секунд на точку высадится штурмовая группа «Зверобоев».

Я взвесил жетон на ладони. Хорошая игрушка.

— Они не будут разбираться, кто прав, а кто виноват, Денис, — предупредил инспектор. — Их инструкция: нейтрализовать магическую активность и упаковать всех участников и их питомцев. Лицом в асфальт, в антимагических наручниках. Заберут и тебя, и мантикору, и Шувалова с его зверем. А потом впаяют штрафы и сроки. Причём Шувалов со своими адвокатами и связями отделается лёгким испугом, а вот по тебе проедутся катком. Но это всё равно лучше, чем… ну, ты понял.

«Лучше, чем смерть», — мысленно закончил я.

— Понял, командир, — я кивнул и убрал жетон во внутренний карман. — В долгу не останусь. Жду вас с фокстерьером и дочкой. Жетон верну.

Звягинцев коротко кивнул. Развернулся, подошёл к своему «Вихрю-7М» и перекинул ногу через широкое седло. Щёлкнул тумблером на панели. Тяжёлая машина отозвалась низким гулом, от которого задрожал асфальт. Руны на кожухе вспыхнули синим светом.

Инспектор крутнул ручку газа. Мотоцикл оторвался от земли, завис на долю секунды, а затем с глухим хлопком рванул в тёмное небо. Только инверсионный след из искр осыпался на крышу кафе, да тревожно взвыла сигнализация у припаркованной неподалёку легковушки. Эпично. Ничего не скажешь.

Я поправил куртку с детёнышем и собрался наконец двинуть в сторону зоомагазина.

Левое запястье обожгло.

Резкая, злющая боль, словно к коже приложили кусок сухого льда. Я зашипел сквозь зубы, инстинктивно отдёрнул рукав.

Прямо на глазах по коже расползался узор. Тонкие, фосфоресцирующие голубым светом линии складывались в морозную вязь. От холода волоски на руке встали дыбом. Моё запястье покрывалось инеем.

— Мать твою, что за хрень?!!

Я стиснул зубы так, что едва не хрустнула эмаль. Боль жалила так, будто под кожу вогнали толстую иглу с жидким азотом и теперь давили на поршень.

Светящиеся линии ползли по руке и вгрызались в плоть, вымораживая кровь в венах. Завитки инея хищно сплетались между собой, образуя сложный, колючий орнамент. Я инстинктивно перехватил запястье правой рукой, попытался содрать эту дрянь ногтями.

Куда там! Пальцы просто скользнули по собственной коже, не встретив никакого льда, хотя от руки явственно тянуло морозилкой. Какая-то иллюзия, но холод абсолютно реальный, пробирающий до самых костей.