Книга Магазин волшебных питомцев 2, страница 87 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Шнырь вёл себя скромнее. Тень в тени. Чёрная крыса шуршала в углу каморки, между ящиками. Если не приглядываться — просто тёмное пятно на тёмном полу. Иногда розоватый нос высовывался из-за картонной коробки. Принюхивался, оценивал обстановку и снова исчезал.

Я не пытался установить с ним ментальную связь, но всё же слегка «скользил» по нему. От крысы шло ровное «чисто-чисто-чисто», как сигнал радара. Грач краем глаза покосился на угол, убедился, что зверёк на посту, и вернулся к подсчёту.

Архимед сидел у меня на плече. Чёрные глаза неотрывно следили за ватрушкой. Хохолок стоял торчком, как флаг капитуляции здравого смысла.

— Ватрушку! Птичке ватрушку!

Я откусил ещё кусок. Прожевал. Запил.

— Нет.

— Ку-у-усочек!

— Архимед, тебе нельзя ни творог, ни дрожжевое тесто. Вызовет брожение в зобе. Будешь потом сидеть на жёрдочке и булькать, как самогонный аппарат.

Какаду выпятил грудку, будто услышал чудовищную несправедливость. Перья на загривке встали дыбом.

— Попугай голодный! Птичка умирает!

— Птичка жирная, — парировал я. — Птичка ела час назад.

— Ложь! Клевета! — Архимед щёлкнул клювом. — Ватрушка — птичье пр-р-раво!

Грач поднял глаза от денег на какаду.

— Твоя птица всегда такая?

— Всегда.

— Сочувствую, — он вернулся к пересчёту и перетянул первую стопку резинкой.

Я допил чай и отставил стакан. Откинулся в скрипнувшем кресле. Каморка ничуть не изменилась с моего прошлого визита. Тот же полосатый диван с продавленным сиденьем, тот же журнальный столик, накрытый газетой «Магический Вестник» вместо скатерти. Пахло чаем, творогом и крысиной подстилкой из угла.

Балаболка перебралась по спинке ближе, нацелившись клювом на мой перстень. Спрятал руку в карман. Сорока разочарованно щёлкнула. Грач отложил последнюю стопку. Сверился с калькулятором, хотя и так знал. Нажал пару кнопок для проформы.

— Двести семьдесят четыре тысячи, — он глянул на меня. — И ещё двести пятьдесят рублей. Ты прям до копейки рассчитался.

Кивнул в ответ.

— Девяносто шесть — старый долг. Семьдесят — документы на кота. Восемьдесят пять — новая партия товара с сертификатами. Сверху двадцать три тысячи и двести пятьдесят рублей — твой процент с новых заказов. Всё верно?

— Верно, — подтвердил Грач, убирая стопки в жестяную коробку из-под печенья.

Настроение у него мутное. Генка Грачёв только что получил четверть миллиона наличными, а выглядел так, словно ему вместо коньяка налили кисель. Он-то готовился к долгой, мучительной и унизительной для меня процедуре выбивания долгов. А получил банкноты через два дня после последней встречи.

Мне нравилось его замешательство. Когда должник расплачивается легко и с улыбкой — это выбивает кредитора из привычной модели сильнее, чем кулак.

— Кстати, — я положил ногу на ногу, — а что с товаром? Договаривались утром.

Грач дёрнул усом.

— Задержка вышла.

— Какая задержка, Гена?

— Логистическая, — он сказал это слово так, будто прочитал его на заборе. — Завтра к вечеру всё будет.

— Завтра к вечеру, — повторил я, не меняя тона. — Точно? У меня, знаешь ли, полки скучают по контрафакту.

Реальной надобности в этих кормах уже нет, но принцип же есть… К тому же, не всем по карману «ВитаФауна Голд».

— Сказал же, к вечеру, — Грач хлопнул крышкой жестянки. — Но скидок не жди!