Книга Инженер. Система против монстров 6, страница 48 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Михаил не заорал. Он медленно повернул голову к старику. Боль, кажется, наконец пробилась сквозь пелену безумия.

— Ты… старая… падаль… — прорычал он.

— Нечисть! — выплюнул дед. — Прочь с моего двора!

Борис, увидев, что его напарника ранили, забыл про Фокусника с Искрой. Он с рёвом перемахнул через покосившийся забор, оказавшись на участке старика.

— Убью!!! — заорал он, поднимая молот.

Вся его ярость, весь его безумный гнев сфокусировались на Василии. Он издал леденящий душу вой и бросился к дому.

— Дурак, — прошипел дед.

БА-БАХ!

Второй выстрел! Но Борис, в отличие от Медведя, видел ружьё и ушёл с линии огня. Заряд картечи вспорол воздух там, где только что была его грудная клетка.

— Ну всё, дед, доигрался, — прошептал я, понимая, что сейчас старику конец.

Но дед и не думал паниковать.

Он просто выставил вперёд свободную руку и начал быстро, отточенными движениями чертить что-то в воздухе. Его пальцы оставляли за собой тонкие, светящиеся фиолетовым светом линии. Они сплетались в сложный знак, который на мгновение завис перед ним, пульсируя энергией.

— Сгинь! — выдохнул старик, толкая знак ладонью в сторону Бориса.

Светящийся сигил сорвался с места и беззвучно полетел к берсерку, расширяясь и набирая яркость. Знак врезался в Бориса, захлестнул его. Ни взрыва, ни звука. Берсерк просто замер на бегу. Его глаза, только что горевшие багровым пламенем, на секунду остекленели, а потом закатились. Громадный воин рухнул на землю, как срубленное дерево. Молот с глухим стуком выпал из ослабевшей руки.

Дед перевёл взгляд на Медведя, который, рыча и истекая кровью, уже двигался к забору. Старик снова начал чертить. Тот же самый знак, такой же толчок ладонью. Фиолетовая печать врезалась в Михаила, проходя сквозь него. Берсерк замер, его рычание оборвалось.

Он тоже обмяк и повалился на бок.

Во дворе наступила тишина. Относительная. Слышалось только хриплое дыхание поверженных гигантов и шелест осенней листвы.

Дед Василий стоял на крыльце, тяжело опираясь на перила. Его грудь ходила ходуном. Видимо, колдовство давалось ему нелегко, высасывая много сил.

— Тьфу ты, пропасть… — проворчал он, вытирая пот со лба рукавом. — Развели зоопарк…

Я стоял, тяжело дыша, и смотрел на два огромных тела, распластанных на земле. Кровь из раскуроченного плеча Медведя почти не шла, совсем как после столкновения с Неясытью. Похоже, это часть механизма берсеркской живучести. Подстреленный в ноги Борис тоже не походил на умирающего. Он оставался без сознания, но грудь вздымалась ровно, дыхание глубокое.

Чёрный дым, ещё мгновение назад клубившийся вокруг них, медленно рассеивался, словно нехотя отпуская своих носителей из призрачных объятий. Но нет гарантий, что он отступит навсегда.

Женя держал автомат наготове, но ствол смотрел в землю. Искра сдула рыжую прядь с глаз. Фокусник медленно сползал по стенке сарая, держась за сердце. Мы смотрели на поверженных друзей, а затем дружно перевели взгляды на фигуру старика на крыльце.

Дед Василий сжимал свою двустволку и выглядел измождённым. Он только что в одиночку нейтрализовал двух берсерков девятого уровня, находящихся на пике своей мощи. Я подошёл к калитке, но входить не стал.

— Спасибо, отец, — выдохнул я хрипло. — Вы… вовремя.