Книга Инженер. Система против монстров 9, страница 114 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

ВНИМАНИЕ! Анализ завершён!

Идентифицирован биологический полимер: спидроин, мутантная форма.

Содержание аланина: 61% (норма: 30–40%). В гибких аморфных блоках обнаружены ковалентно связанные чужеродные кластеры. Предположительно, продукт мутагенеза.

Расчётная прочность на разрыв: 8,4–11,2 ГПа.

— Ох, ничего себе… — пробормотал я. — Прометей, ты это видишь? В семь раз прочнее обычного паучьего шёлка и в три раза прочнее кевлара.

— Вижу, Создатель. Данные впечатляют.

Клеевой состав на основе гликопротеинов с высоким содержанием маннозы и галактозы, стабилизирован ионами калия и натрия. Прогнозируемая адгезия к бетону 2,5 мегапаскаля. Короче, я не стал дёргать этот канат, и правильно. Но самое интересное обнаружилось в составе спидроина. Система сообщила:

Обнаружен неизвестный компонент: Мана-реактивный полипептидный комплекс (МРПК).

Описание: стабильная белковая структура, способная накапливать и проводить ману. При насыщении маной прочность и эластичность материала увеличиваются на 15–25%. Проявляет свойства метаматериала, изменяя конформацию белковых цепей под воздействием магических полей.

— Модуль не может проанализировать магию, но видит белки, отвечающие за работу с магией… Просто охренеть.

Я тут же попытался передать формулу в «Химический Синтезатор». Понимал, что фиг сработает, но вдруг? Магию не воспроизведёт, но саму структуру…

ОШИБКА! Синтез из базовых материалов невозможен!

Я вздохнул и потёр переносицу. Картина прояснилась. Я не смогу напечатать эту паутину. Не смогу её воссоздать. По крайней мере, не с теми ресурсами, которыми располагаю. Сейчас я могу только получать её из естественного источника. От восьминогой фабрики, которая тихо шуршит в углу, плетя себе новое гнездо.

— Прометей, у нас проблема и возможность. Одновременно.

— Я понимаю, Создатель. Мы имеем доступ к уникальному ресурсу, но не можем наладить его промышленное производство. Мы зависим от биологического объекта.

— Именно. И этот биологический объект не будет плести паутину по восемь часов в день по моему приказу. Нам нужен другой подход. Более… индустриальный.

Я снова посмотрел на Черничку. Идея зародилась в голове мгновенно, дерзкая и немного пугающая в своей циничности.

— У тебя в базе есть справочники по зоологии и биологии. Расскажи мне всё, что знаешь о паутинных железах пауков.

Прометей не заставил себя ждать, сразу же перешёл на лекторский тон:

— У высших пауков, таких как представители семейства Araneidae, к которым, предположительно, относится предок мутировавшего объекта «Черничка», имеется до семи типов паутинных желёз. Каждая производит свой тип шёлка. Основные: большие ампуловидные железы для каркасных нитей, малые ампуловидные для вспомогательных, грушевидные для клеевых дисков, ациниформные для обмотки добычи, и, что самое интересное, жгутиковидные и агрегатные железы, работающие в паре. Первая производит эластичную осевую нить, вторая покрывает её каплями клейкого секрета.

— То есть, липкость и прочность — это продукты разных желёз? — уточнил я.

— Совершенно верно. Паук — это многопрофильный химический комбинат. Он может производить сухие сверхпрочные тросы, эластичные клейкие сети и мягкий упаковочный материал, просто переключаясь между железами.

— Тогда первый вариант, — я начал рассуждать вслух, — обучить Черничку командам. «Команда А» — выдавать сухую нить. «Команда Б» — липкую. Мы строим станок с приёмной катушкой с тефлоновым покрытием, подводим к ней паучиху, даём команду, и она прядёт нам готовую нить.