Книга Инженер. Система против монстров 12, страница 111 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Точнее некуда. Я ему лично голову отрубил.

— А вдруг он притворяется? — хихикнула девочка.

— Олесь, с отрубленной головой не очень удобно притворяться.

— А звери иногда притворяются мёртвыми! Мики так делает, когда не хочет купаться!

Борис хохотнул. Медведь кашлянул в кулак, скрывая усмешку.

— Посадка, — объявил Степан.

«Ансат» пошёл вниз.

Площадка — набережная с лавочками для гуляющих. Гул двух тяжёлых армейских Ми-8, заходящих на посадку слева и справа от нас, почти полностью заглушил свист турбин нашей вертушки. Степан ювелирно положил лёгкую машину на бетонные плиты, подняв тучу пыли и мелкого мусора. Военные борты сели чуть дальше, соблюдая дистанцию. Их лопасти ещё рубили воздух, а аппарели уже пошли вниз.

Я отстегнул ремни и распахнул дверь. В кабину ударил тяжёлый, влажный воздух. Запах. Мой гиперчувствительный нос развернул палитру, как газовый хроматограф: сырая рыба, свежая кровь мутантов, нотка морозной свежести от работающих крио-эмиттеров, горечь пороховой гари, подсохшая слизь угря… И под всем этим глубокое, илистое амбре реки. В такие моменты почти жалею, что получил сверхчеловеческое восприятие.

Спрыгнул на землю.

Бортстрелки «Рыси» тоже покинули вертолёты. Четверо бойцов — каски, разгрузки, автоматы. Они рассредоточились по периметру. Движения отточенные, экономные, без суеты. Опустились на колено, прикрыли сектора. Один из них поднял сжатый кулак — сигнал «чисто».

С борта ведущего Ми-8 сошёл Соболев.

Полковник ступил на бетон, и я физически ощутил, как температура воздуха рядом с ним упала. Криогенная аура. Пассивный навык, работающий постоянно. Трава, пробивавшаяся на стыках плит, под его ботинками побелела от инея, но он этого, казалось, не замечал — или давно привык. Впрочем, на улице и так прохладно, а ледяной командир только добавил морозца.

За ним появились Воронов с планшетом и Дым. Свой АК-12 он закинул на ремне за спину.

— Ну-с, — Соболев остановился, заложив руки за спину, и воззрился на мой улов.

Голова Илистого Угря валялась в грязи. Обрубок шеи зиял чёрным уродством. Вокруг застывшие потёки слизи, слегка маслянистой. Тело тянулось вдоль берега, и тянулось, и тянулось…

— Семьдесят два метра, — Воронов сверился с данными на экране. — Диаметр в районе грудной секции… шесть и восемь десятых метра, — он посмотрел на Соболева и тихо добавил: — Товарищ полковник, записи не передавали… вот этого.

— Вижу, — голос Соболева остался ровным, но сердце выдало его. Семьдесят ударов в минуту, на шесть больше обычного. — Впечатляет.

Моя команда тоже начала покидать борт. Медведь окинул взором предстоящие работы и сказал:

— Лёх, я всё понимаю, но мы это за год не съедим. Даже если вы с Борей будете жрать в три горла.

— Эй! — возмутился выпрыгнувший Борис. — Я, между прочим, на мясной диете! Мне белок нужен.

— Вот белка тут — на целую армию, — заметила Искра и безмятежно зевнула. — Суши-вечеринка объявляется открытой. Главное, чтобы васаби хватило.

Олеся, выскочив из вертолёта, подалась вперёд. Ей тоже очень хотелось рассмотреть тушу поближе.

— Прям как поезд! Только рыбка, хотя на змею больше похожа, — заявила девочка. — Лёша, а мы из него котлетки сделаем?

— Сделаем, Олесь. И котлетки, и отбивные.

Малявка подбежала к краю набережной и уже полезла на парапет, чтобы перебраться через него на откос. Я перехватил её за капюшон.