Онлайн книга «Искатель, 2011 № 01»
|
— Позвольте, — Лобов взял диплом из рук Родского. — Вы понимаете? — спросил Суровин. — Достаточно, чтобы разобрать суть, — кивнул Лобов и, прочитав, объяснил: — Все верно. «За неординарное, талантливое и убедительное раскрытие спорной научной проблемы». Суровин кашлянул, Лобов отвлекся и посмотрел на него. Следователь поглаживал голову, словно поправлял прическу. Лобов и сам давно заметил, что волосы Родского темно-русые, на висках с едва заметной сединой, недлинные. — Простите, где у вас туалет? — Лобов положил диплом на стол. — Вы позволите? — Конечно. Он там, совмещен с ванной, — кивнул Родский в сторону прихожей. Лобов вышел из комнаты и осторожно прикрыл за собой дверь ванной. Чисто, аккуратно, даже не похоже, что живет холостяк. «Никакой косметики, — Лобов с интересом осмотрел полочку под зеркалом, где стоял лишь стакан для зубных щеток и лежала безопасная бритва. — Ага, вот она!» Он вытащил из стакана с зубными щетками большую зеленую расческу с ручкой и осмотрел ее. Впрочем, и навскидку было заметно, что между зубьями застряло несколько волос. Отличаясь не просто хорошей памятью, а памятью феноменальной, Лобов заметил, что волосы совсем не те, какие присохли к обуху. Понял и с облегчением вздохнул. Для порядка все-таки взял несколько волосков и убрал их в маленький пакетик, который опустил в нагрудный карман пиджака. Хотел было выйти, но увидел на табурете возле ванны толстую стопку листов. Приподнял десяток-другой, пролистал. Студенческие работы кафедры профессора Рябича. Лобов погасил в ванной свет, закрыл дверь и вернулся в комнату. Суровин продолжал расспрашивать Родского. — Профессор Рябич не говорил вам, что он будет делать сегодня утром? — Нет. — А где вы были с утра, часов в девять-десять? — На кафедре. — У студентов ведь каникулы... — У меня и помимо преподавательской работы много дел, — мягко улыбнулся Родский. — Каких, например? — настаивал следователь. — Готовился к очередной конференции, которая состоится через пару недель в Санкт-Петербурге. — Конференция мирового уровня? — На сей раз нет, денег у нас маловато, знаете ли, на такие мероприятия. Своя, отечественная. Хотя кое-кто из иностранных ученых непременно будет приглашен. — Ваше присутствие на кафедре могут подтвердить? — Разумеется, там были почти все преподаватели... — Максим Эдуардович, — вмешался Лобов, — а студенты будут в числе участников конференции? — Да, самые талантливые обязательно будут. — Их имена уже известны? — Оргкомитет конференции решил на этот раз провести уникальную конференцию и пригласить на нее новые, подающие надежды имена. Чтобы их выявить, объявлен конкурс студенческих работ, которые принимаются в нескольких вузах страны, в том числе и в нашем университете. — Вы член оргкомитета? — Да, но его руководителем был... — Родский запнулся, но тут же твердо закончил: — До последнего времени был Василий Нифонтович Рябич... Думаю, конференция будет посвящена его памяти. — Это справедливо, — согласился Лобов. — А студенческие работы уже собраны вами? Кто вообще этим занимается? — Как раз я и занимаюсь, ну, и еще два-три ассистента кафедры. Но, повторяю, это только в нашем университете. В других вузах свои комиссии. — Понимаю, — кивнул Лобов. — А когда заканчивается прием работ на конкурс? |