Онлайн книга «Искатель, 2011 № 06»
|
— Не знаю, — сказала Кэрри. Почему она так сказала? Не хотела обидеть настоятельницу? Мать Катерина кивнула; ответ ее, похоже, удовлетворил. — Тогда вы понимаете, — тихо проговорила она, — что слова много значат для одного человека и ничего — для другого. Слово одно, а... Она не закончила фразу. Кэрри шагнула в коридор, подумав неожиданно о Дэниеле, перелистывавшем старую тетрадь, где было записано то, что сейчас Кэрри, возможно, увидит своими глазами. Почему-то это показалось ей важным — то, что Дэниел читал страницы, написанные там, куда Кэрри не решалась войти. Скорее всего, ключ не повернется в скважине, подумала она. Столько лет прошло. Замок давно заржавел. Семь шагов. Короткий коридорчик. Беленые стены. Что за ними — справа и слева? Какое это имело значение? Кэрри протянула руку и вставила ключ в скважину. Помедлив, повернула, ожидая, что почувствует сопротивление. Ключ повернулся легко, механизм щелкнул. «Неужели кто-то смазывал замок, — подумала Кэрри. — Если так, то мать Катерина сказала неправду о том, что никто не входил в комнату». Дверь со скрипом начала открываться, и Кэрри отпрянула, выпустив ключ, так и оставшийся в замке. Кто-то тянул на себя дверь изнутри комнаты, кто-то там был... Чепуха. Почему эта нелепая мысль пришла ей в голову? Дверь открывалась не в комнату, а в коридор, и, значит, ей показалось... Нет. Кто-то толкал дверь изнутри. Кэрри отступила на шаг и с замершим сердцем (она не ощущала биения и была уверена, что сердце действительно застыло, как застыло и время) ожидала, когда дверь наконец распахнется и из комнаты выйдет... Кто? Призрак некогда умершей монахини? Так же в других британских монастырях по тихим коридорам бродят белые бестелесные привидения. Дверь приоткрылась, возникла узенькая щель толщиной в волос или еще уже — в молекулу, откуда пробивался не свет даже, а отдельные фотоны, о которых Кэрри знала только то, что они существуют и, если их пропускать по одному (как сейчас) через узкую щель (как эту), они оставят на экране интерференционную картину — темные и светлые полосы. Кэрри перевела взгляд на стену, где должны были возникнуть полоски. Конечно, там ничего не было, но... Показалось или действительно на белой поверхности мелькнула черно-белая картинка: девушка в светлой сорочке стояла, склонившись над предметом, увидеть который было невозможно не потому, что он оказался вне поля зрения, а потому, что существовал только в воображении девушки, но тем не менее был так же реален, как дверь, стена и тихий скрип петель. Как могла быть реальной чья-то фантазия, Кэрри подумать не успела — изображение исчезло, дверь замерла, сердце сделало очередной удар, а легкие — очередной вдох, позади кашлянула мать Катерина, давая понять, что ждет, когда наконец Кэрри выйдет из ступора и потянет на себя ручку... Кэрри вышла из ступора, потянула на себя ручку, и дверь не без сожаления, выраженного скрипом давно не смазанных петель, открылась. Прежде чем что-то увидеть в полумраке комнаты, Кэрри почувствовала затхлость, сырость, промозглость, накопившиеся внутри открывшегося пространства. И пыль. Она лежала на всех поверхностях, создавая ощущение серого морока, где жить могли только привидения, такие же серые и нематериальные. |