Книга Переиграть судьбу, страница 123 – Лана Лаврова

Его слова меня успокоили. Я с некоторых пор чувствую ответственность за тех, кого собираюсь защищать.

Пару минут молча перемешиваю ложечкой кофе. Он пахнет специями, как я люблю. Еды на столе много, и пахнет она восхитительно, но нет желания попробовать хоть кусочек. Даэль же уплетает за двоих. Пышный омлет с овощами уминает не успеваю я и глазом моргнуть, с хрустом исчезают тосты с джемом и паштетом. К десерту он присматривался с видом охотника за желанной добычей. Я с интересом наблюдала за ним, рассматривала, не таясь. Он выглядел уставшим, об этом говорили тени под глазами и сероватый цвет кожи. А чешуйки у висков поблекли и перестали мерцать на солнце.

— Есть что-нибудь по жертвоприношению? — Делаю глоток обжигающе горячего кофе. В горько-пряном вкусе ощущаю нотки лесного ореха и миндаля.

— Как понимаешь я был занят твоими поисками. Мне передали отчет по месту преступления, но я его еще не смотрел.

— Понятно. — Постучала ложечкой по губам. — А в целом есть хоть что-то по этим делам. За столько времени должны же были что-то выяснить.

Василиск растирает лицо ладонью, тяжело вздыхает и смотрит на меня. Долго. Внимательно.

— Зачем тебе это? Почему так заинтересовалась, что рискнула проникнуть в «закрытую» секцию.

— А сам не догадываешься? — Ложечка звенит, ударяясь о блюдце. — Мои родители погибли, мой дядя стал вдовцом, а нам даже не сказали правду. Все скрыли, списав на несчастный случай. Достаточные основания, не находишь⁈

Едва держу себя в руках. А так хочется стукнуть по столу, швырнуть в стену чашку или, на худой конец, ложку и закричать.

Видимо, что-то подобное прочитал у меня на лице. Его взгляд изменился, перестал быть подозрительным.

— Ну хорошо, я расскажу.

Знают они не больше того, что я уже прочитала в тех бумагах. Единственное, что там не упоминалось, так это культ Праведных. Только они отнюдь не ратовали за соблюдение законов Истинных. Их больше интересовали Забытые, чьим изгнанием и заточением некоторых из них они были не довольны. Последователи культа хорошо скрывались, и на их след очень трудно было выйти. Цели их тоже были не ясны. Но готовили они явно что-то глобальное. Так думал Даэль и его помощник по этому делу с которым он тогда встречался в таверне. Все кто что-то мог знать о них умирали, в их число и входила Вайолет — невеста Мара. Она решила сотрудничать, сама вышла на Даэля и поплатилась жизнью.

— Несколько лет назад удалось узнать, что один приют как-то связан с ними. И туда внедрили нашего человека, — при слове приют сердце в груди сделало кульбит. Провела вспотевшими ладонями по холодному шёлку платья.

— И что с ним стало?

Перед глазами стояла фотография с моей мамой и другими приютскими воспитанниками. Те, с кого все началось.

— Она исчезла. Возможно ее убили или она сбежала, мы точно так и не смогли узнать.

— А как ее звали?

Даэль ненадолго замолкает и отрицательно машет головой.

— Нет. Не помню. — Разочарованно вздыхаю. — Я тогда не занимался этим делом. Видел только её фотографию. Не запоминающаяся внешность, если не считать родимого пятна под глазом. Рыжего пятна.

Я подскочила опрокинув стул.

Женщину с похожим пятном я знаю очень хорошо. И дядя говорил, что она работала в приюте, в котором воспитывалась мама.