Книга Жертва, страница 164 – Глеб Лютаев

Плевать.

Он или перебьет их, или подохнет в бою.

Артем громко зарычал, словно дикое хищное животное, и бросился с ружьем в атаку. Он знал, что стрелять нужно впритык. Двоих надо убить из двустволки, с третьей он справится и без ружья. Мужчины стояли неподвижно, но девушка отошла в сторону. Ее волосы развевались на ветру, рубашка обтягивала выпирающие груди. Артем замечал малейшие детали, словно адреналин в крови усилил его чутье до предела.

И именно это чутье подсказывало ему, что дело нечисто: девица что-то задумала. Он так сосредоточился на ней, что упустил из виду остальных. Тем временем парень напротив размахнулся и кинул в Артема стамеску. Лезвие вонзилось в бедро, и он вскрикнул от боли, упав на одно колено. Попытался прицелиться в противников, но неожиданно увидел надвигающуюся тьму. В сумраке снежной мглы, в адском плену завывающего ветра, множество теней мчались на него подобно цунами. Раздался дикий вопль, и Артем подумал, что сошел с ума.

Однако на этот раз с ума он все же не сошел. Надвигающейся тьмой оказались… свиньи. Целое стадо, даже море, да что уж там – океан диких жирнющих тварей, выпущенных из загона сексуальной бестией. Артем осознал, что, если не сможет встать, стадо растопчет его, пробежится по нему и даже не заметит. Он мгновенно забыл про боль, с криком вытащил стамеску из ноги и поднялся. В этот момент мимо проскочило несколько хрюкающих поросят; следом за ними мчался здоровенный хряк. На сумасшедшей скорости он врезался в Артема и опрокинул на землю. Свиньи визжали, хрюкали и словно в ужасе мчались от происходящего этой проклятой ночью.

Ружье выпало из рук. Артем попытался подняться, но какая-то животина ему помешала, по телу дважды ударили поросячьи копыта.

Над дорогой стоял жуткий смрад, от которого можно было задохнуться. Какая-то туша наступила Артему между ног. Из глаз хлынули слезы. Пришлось свернуться клубком, прикрыв промежность одной рукой, а голову – другой.

Казалось, все кончено и он вот-вот должен потерять сознание. Но внезапно в ухо впилось какое-то существо, всего за мгновение лишив его одной из частей тела. Какая-то особо жирная хрюшка вырвала его ухо и, чавкая, убежала прочь. Затем Артема начала трепать парочка других свиней, и он понял: его сожрут живьем.

От ужаса Артем схватился за борова, мечущегося рядом, и, облокотившись, попытался встать. Поскользнулся, упал, попробовал снова. Наконец получилось.

Стадо постепенно разбредалось по сторонам, но вместо него приближались прислужники художника. Артем не успел даже нащупать ружье, как одна из тварей со всего размаху ударила по нему граблями. Подставив руку, он принял удар на предплечье и пронзительно закричал от боли. Второй, здоровой, рукой все же вытащил зубья граблей, застрявших в левом предплечье, и попытался выхватить черенок у противника. Не удалось. Тогда он отступил назад, споткнулся о свинью, упал, перекувыркнулся. И – о чудо! – увидел ружье.

Схватившись за двустволку, Артем поднял ее вверх и выстрелил не глядя.

Дробь пробила живот мужику с граблями, и он, отлетев назад, замертво свалился в кучу безумно визжащих свиней. Глаза и тело тут же погасли. Следом, не думая и не прицеливаясь, Артем выстрелил в парня. Его лицо превратилось в сплошное кровавое месиво; глаза потухли, но упавшее на снег тело еще продолжало светиться.