Книга Дверь во тьме, страница 145 – Скотт Рэнкин

А затем он попытался что-то сказать ее матери. Она прошипела, чтобы он держался от нее подальше. Ландвин Бруд изобразил удивление. Просил принять искренние соболезнования. Рен было так неловко.

Тем вечером мать рассказала ей правду. Это против него боролся отец Рен. Это егостройку остановил профсоюз Роланда Монро. Глухой ночью к ним пришли рабочие, занятые в постройке моста. Каждый из них поклялся жизнями детей: мост был возведен без изъянов. Кто-то специально повредил его устои. Обрушение не было случайностью. Убийство ее отца организовали.

И теперь Рен шла по проходу главного храма монастыря Тихой гавани навстречу человеку, который это сделал. Его окружали остальные Бруды. Рядом выступала будто бы сошедшая с картины жена. За ними выстроились братья и сестры Тео разной степени родства – все золотоволосые как на подбор. Рен уже подумала, что ей придется представиться всей семье, но тут увидела Тео.

Он протиснулся между родственниками, поспешил ей навстречу – и она почувствовала легкую пульсацию, пробежавшую по каналу их связи. На нем был черный дублет с медными пуговицами – одежда старого покроя, в которой он мог бы выглядеть чересчур строго, если бы не адресованная ей улыбка. Восстанавливаясь от ран, он похудел, у него заострились скулы и подбородок. Рен вновь почувствовала к нему странное притяжение, которое в ней пробуждала его слабость. Ей захотелось броситься ему на шею и сказать, что она очень рада, что он выжил. Но вряд ли это было бы уместно на похоронах.

Тео, очевидно, это не беспокоило, потому что он порывисто обнял ее, невзирая на обстановку. Рен охнула от неожиданности, но приняла его объятия. Ей хватило роста на то, чтобы бросить взгляд через плечо Тео. Семья Брудов наблюдала за их приветствием без энтузиазма. Никто не обменялся улыбками. Не отпустил шепотом шутки о юных влюбленных. И она подозревала, что это не просто соблюдение приличий во время похорон. На их лицах было написано явное неодобрение. Не обращая внимания на их взгляды, она легко отстранилась от Тео.

— Вот это точно было неприлично.

От ответил краткой улыбкой:

— Это исключительно в знак благодарности. За спасение моей жизни.

— Ах это, – отозвалась Рен. – Любой первокурсник, прослушавший «Введение в анатомию», мог бы сделать не хуже. Не слишком тонкая магическая работа.

Он снова улыбнулся, но на этот раз спохватился, вспомнив, что они на похоронах. В выражение его лица и общий облик возвратилась серьезность.

— Ты отлично понимаешь, что это неправда. Твоя магия была блестящей. Старший лекарь ясно отразил это в своем отчете. Если бы не ты, я бы умер. Я тебе обязан…

Послышалось покашливание. Вперед выступил Ландвин Бруд. Он сдержанно кивнул Рен:

— Рад, что вы смогли к нам присоединиться. Тео, нужно двигаться дальше. В конце концов, это похоронная процессия.

Рен отметила самодовольство, проскользнувшее в его тоне. Ведь это было испытание на решимость. Какие похороны она выберет? Кто она: пешка, которую можно легко двигать по доске, или самостоятельная фигура? Пусть пока думает, что выиграл, заставив ее прийти. Она сделала положенный реверанс и вместе с Тео двинулась по центральному проходу. В преддверии храма показались Винтерсы. Рен села в конце третьего ряда вместе с Тео.