Книга Сеанс в Преисподней, страница 211 – Глеб Лютаев

Надя и Вера подскочили с мест, не зная, куда себя деть.

— Что происходит? Это чья-то шутка? – строгим тоном спросила Надя.

— Какие шутки, Надь. Господи, Артур, надо будить их, – взмолилась Вера.

Артур попытался остаться хладнокровным, хотя в ситуации, когда неведомые силы играются выключателями у тебя на глазах, как в страшном фильме, было крайне тяжело.

— Спокойно. Мы не остановим сеанс. Не знаю, что это, но не нельзя Роме помешать продолжить начатое. Может, это вообще, короткое замыкание.

— Короткое замыкание? – воскликнула Вера.

— Ну да, – Артур, конечно же, не верил в то, что говорил. Ни при каком замыкании выключатели не будут сами по себе менять положение. – Сидим ждём, как и раньше.

После его слов свет неожиданно вспыхнул в комнате Алисы, где они все сейчас собрались. Щелчок был таким громким, что Надя с Верой в унисон вскрикнули, а Артур дёрнулся в кресле.

Свет начал безудержно моргать, словно пытался сбить их с толку вместе с сиреной и взрывами, доносящимися с улицы.

Денди прибыл вместе с экипажем к своей «малышке». Сняв маскировочную сеть, они запрыгнули в машину, и механик-водитель принялся прогревать машину. Наводчик возился с аппаратурой согласно должностным обязанностям, Денди ещё раз просмотрел расчёты, которые записал в заметки телефона. Всё это время он держал при себе рацию в ожидании выхода в эфир командования.

Денди не понимал, зачем всё это делает. Про наступление не говорили только самые ленивые. Оно ожидалось вчера, позавчера, неделю назад. Даже в прошлом месяце ходили слухи, что вот-вот враг пойдёт вперёд.

В итоге кипиш был, а противник так и не появился.

Почти всегда его экипаж выезжал планово, уничтожал или обстреливал цели и уходил на исходную. За это время Денди сменил кучу позиций: как боевых, так и тыловых. Уж кому, как не ему знать, что за «Солнцепёками» идёт дикая охота. Противник боится этих машин так же, как и их экипажей.

Немудрено. Денди и сам боялся. Не хотел бы он оказаться в зоне поражения этого исчадия ада.

Но это всё лирика. Неясно почему, но Денди готовился к выезду. И что-то подсказывало, что он не только состоится, но ещё и будет срочным. На общей частоте Денди слышал, как какой-то Каскад докладывал об артобстреле, как передал информацию о том, что противник пошёл в наступление, чтобы обойти его с флангов. Денди боялся любого своего выезда, потому что каждый мог оказаться последним. Он знал, что их постоянно хотят вычислить и уничтожить огнём артиллерии, а теперь ещё и мавиками.^[26] Но мавики – ещё ничего, упорно поползли слухи о новых, до того неизвестных квадрокоптерах-самоубийцах, так называемых камикадзе. Вроде кто-то обозначил их как некие FPV-дроны.

Эта война – сплошь и рядом война будущего, которое, как теперь казалось, наступило гораздо раньше, чем все ожидали.

А ещё Денди боялся любого своего выезда, потому что каждый мог оказаться последним. Но гораздо больше он боялся оказаться в пехоте. Вот уж кто заслуживает всех медалей и орденов на свете и памятников при жизни. То, что делают эти парни, Денди восхищало и пугало одновременно. Из-за боязни сменить специальность он всегда стремился делать свою работу хорошо, старался никогда не спорить с начальством и быть на хорошем счету, где-нибудь в середнячке хотя бы.