Книга Сеанс в Преисподней, страница 34 – Глеб Лютаев

Эти люди были переполнены желчью, и чем Рома больше пил, тем больше ему это нравилось.

«Подавитесь своим презрением, а я пока отлично проведу время».

Когда девчонки отлучились по своим делам, Катя вдруг сказала:

— Ты даже не удосужился посоветоваться с нами, прежде чем покупать ей дорогую безделушку, – она отчитывала с нескрываемой злобой.

Вместо пустых нападок уже достаточно опьяневший Рома выбрал иную тактику. Он знал, что ничто не будет бесить Катю и её родителей больше, чем его спокойствие.

— С кем это с вами?

— С её семьёй.

— Хм… А я кто?

Катя надула и без того толстые щёки:

— Ты… ты…

— Её отец?

Она взорвалась.

— Отец воспитывал её с трёх лет пока ты шлялся непонятно где и непонятно с кем! Твоё счастье, что она до сих пор ещё не поняла, какая ты сволочь!

Рома наигранно рассмеялся, чем привлёк внимание малыша Димы. После решил ударить по самому больному месту:

— Может, тогда рассказать ей, кто из нас первым начал шляться непонятно где, но хорошо известно с кем? – Он вытянул руку, тыча в сторону подобия мужчины, сидевшего рядом с Катей. – Вот уж она удивится.

— Успокойся, молодой человек! – с грозным видом вмешался отец Кати.

— Лучше дочь свою успокой, дед!

Тут началось нечто. Муж Кати подскочил со стула и подлетел к Роме со сжатыми кулаками. Её отец встал, будто собирался прыгнуть через стол и накинуться на Рому как дикий хищник на жертву. Сама Катя, как и её мать, настолько оторопели, что обе потеряли дар речи.

— О-о-о-ой… – протянул Рома с ухмылкой. – Вы посмотрите, кто тут у нас до сих пор не повзрослел? Что, хочется кулаками помахать?

— Проваливай отсюда, щенок! – взъерепенился гневный тесть. – У меня, деда, ещё хватит сил, чтобы лещей тебе надавать.

— Зятьку своему пропиши лучше за то, что с чужими жёнами спит.

Тут Максим, муж Кати, не выдержал. Схватил рюмку с водкой, плеснул Роме в лицо. Тот ошарашенно подскочил со стула, прокручивая в голове план действий, и одному богу известно, как он в тот момент сдержался. Вместо того чтобы накинуться на нервного муженька, Рома замер, затем неторопливо взял салфетку и вытер лицо и рубашку.

В это время вернулась Ника с подругами. Почувствовав за столом нездоровую атмосферу, она насторожилась. Девчонки, без умолку над чем-то смеявшиеся, кажется, ничего не заметили.

— Что случилось? – спросила Ника, обращаясь ко всем сразу.

— Ничего, доча, – ответил Рома, – я уже собрался уходить.

Ника перевела взгляд с одного родителя на другого. Вздохнув, сказала:

— Так и знала, что вас нельзя оставлять одних. Ладно, всё равно скоро расходиться. Пойдём, пап, провожу.

На выходе из заведения они попрощались. Когда дочь ушла, Рома позволил себе закурить. В нём закипала ярость, но он понимал, что ни к чему хорошему это не приведёт. Всё, что связывало его с тем семейством, давно в прошлом. Кроме Ники, разумеется.

Сегодня Рома просто обязан был выплеснуть пар. Ожидая такси, он набрал номер Дианы.

— Работаешь?

— Суббота, вечер. Как ты думаешь?

— Хочу тебя.

— Я занята.

— Чем?

— Работаю.

— Трахаешься с каким-нибудь старым дряхлым ублюдком?

— Тебя это не касается, Ром!

— И что, его член слаще моего?

— Да пошёл ты, сволочь!

Она бросила трубку, и Рома разозлился ещё больше.

«Вот сука! Шлюха поганая!»

Он набрал номер Оксаны.