Книга Бывшие. Ненависть между нами, страница 12 – Марина Мартова

Очень аккуратно убираю чёрно-белый снимок в сумку.

Живот по-прежнему болит, но не так сильно.

Меня не тошнит, и хотя бы это уже хорошо.

— Сейчас медсестра проводит вас в приёмный покой. Там оформят карту и отведут в палату.

Замираю и оборачиваюсь к врачу.

— В палату? — переспрашиваю, будто не понимаю слов.

— Да. У вас небольшое кровотечение. Есть угроза выкидыша. — Она смотрит на меня прямо, серьёзно. — Вас примерно на десять дней положат в больницу на сохранение.

Слово "выкидыш" бьёт, как пощёчина, и заставляет собраться.

Ребёнок, которого я только что впервые увидела… я могу его потерять…

Паника поднимается, сдавливает горло.

— Или вы против? — уточняет она уже сухим тоном.

Мир начинает вращаться вокруг меня.

— Нет! — Мотаю головой слишком резко. — Конечно, я… я лягу на сохранение. Только… — взгляд сам падает на мою маленькую, почти пустую сумочку. — У меня нет вещей. Ничего нет с собой. Я не подумала...

— Попросите кого-то из близких привезти, — врач чуть наклоняет голову и внимательно вглядывается в моё лицо. — Муж? Мама?

Я сглатываю, сжимаю ремень сумки так сильно, что костяшки белеют.

— Я не замужем, — произношу не своим, ломким, сиплым голосом. — Мама… далеко. Она живёт в другом городе. — Боже, зачем я ей это всё рассказываю?! — Я подругу попрошу.

На несколько секунд между нами повисает тяжёлое молчание, а потом женщина поднимается.

— Вот и отлично, — произносит она просто. — Сейчас медсестра вам всё объяснит. Но запомните! Главное — лежать и не нервничать, принимать препараты. Нам нужно сохранить вашу беременность. О своих проблемах вы подумаете потом.

Я киваю и выхожу вслед за доктором в больничный коридор.

— Анна Семёновна, проводите девушку!

Вскоре мне выдают постельное бельё, халат и оставляют одну в пустой палате... один на один со своими воспоминаниями и ранящими мыслями...

* Даша *

В палате пахнет хлоркой, старым бельём и лекарствами — неприятный, удушливый запах, мгновенно въедающийся в поры.

Останавливаюсь, пройдя внутрь несколько шагов, и машинально пересчитываю пустые пока кровати.

Их шесть. Шесть железных кроватей со сложенными пополам полосатыми матрасами.

— Выбирай любую койку, — позади меня говорит медсестра, которая привела меня сюда, — пока никого нет, но за день, думаю, вся палата будет заполнена. Так что тебе повезло — выбирай какая понравится.

Медленно киваю, хотя в моей ситуации вряд ли можно применить слово «повезло».

Скорее это небольшой бонус от судьбы — откуп за то, что вчера так грубо уложила меня лицом в асфальт и раскурочила душу.

Делаю ещё несколько шагов вперёд.

Взгляд скользит по обшарпанным зелёным стенам, по широкому окну, за которым мир растворяется в серой, дрожащей пелене дождя.

Наблюдаю, как по стеклу стекают тонкие прозрачные струи… как бесконечные слёзы.

У меня на душе сейчас точно так же.

Сыро, холодно и безнадёжно.

Наверно, я бы даже поплакала… но слёз нет. Только отвратительная горечь на языке.

Медсестра, полная женщина в зелёном брючном костюме и белой, чуть помятой шапочке, выдаёт мне стопку постельного белья и ситцевый халат, сильно пахнущий стиральным порошком.

— Располагайся, врач делает обход вечером, — говорит она мне совершенно без интонации и уходит.

Снова киваю, хотя женщина уже этого не видит.