Книга Смотреть нельзя трогать, страница 10 – Вик Арис

Я несколько раз замечала, как мимо его стола замедляют шаг сотрудники. Девушки — с интересом, мужчины — оценивающе. Егор дважды проходил мимо вообще без дела. На третий раз я вызвала его к себе и так ласково спросила, все ли в порядке с квартальным отчетом, что он мгновенно вспомнил о неотложных обязанностях.

В половине первого Марк сам постучал ко мне.

— Можно?

— Входи.

Он вошел с папкой, сел напротив и спокойно разложил передо мной листы с пометками. Без суеты, без показной уверенности, без этой привычной мужской манеры заранее улыбаться, когда собираешься впечатлять женщину. И, к своему огромному неудовольствию, я уже на первой странице поняла, что впечатлять он меня собрался не улыбкой.

— По повторным покупкам, — сказал он, сдвигая ко мне сводную таблицу, — у вас просадка не просто среди тридцать пять плюс. Там конкретно выпадают женщины сорок плюс без семьи или со взрослыми детьми. Они раньше покупали премиальные групповые туры или «ленивую классику», а за последние полгода стали либо уходить в самостоятельные поездки, либо брать что-то дешевле у конкурентов.

— С чего вы решили, что именно они уходят в самостоятельные, а не просто экономят?

— По паттерну запросов. Они все еще смотрят дорогие направления, но не конвертируются в покупку. Значит, дело не в деньгах. Скорее, им скучно. У них ощущение, что им снова продают тур для семейной пары, хотя они давно хотят другого опыта. Не «все включено и экскурсия по списку», а ощущение, что маршрут собрали лично под них и ради них.

Я молча подняла на него глаза.

Он продолжил, уже чуть живее, будто тема действительно его цепляла:

— То же самое по дальнему Востоку. Его обычно продают либо как суровую природу для мужиков с дорогими куртками, либо как что-то почти школьно-познавательное — вулканы, крабы, медведи, красота России. Но премиум-клиент платит не за красоту. Он платит за чувство исключительности. Если делать это направление дорогим и желанным, надо продавать не регион, а личное переживание. Например, закрытый маршрут с вертолетной высадкой, приватный шеф-ужин на побережье, морская рыбалка без толпы туристов, люксовая база, где человек просыпается и понимает, что в радиусе двадцати километров нет никого, кроме него, воды, ветра и очень дорогого комфорта.

Я смотрела на него, а он, похоже, даже не замечал, как хорош становится в момент, когда говорит о деле. Очень нехорошая комбинация, если честно. Потому что, вот когда под этой внешностью обнаруживаются мозги, голос, энергия и умение видеть рынок не по верхам — это уже совсем другой сорт неприятностей.

— Еще, — он перевернул лист, — можно делать авторские маршруты для тех самых женщин сорок плюс. Не романтика для пар. Не детокс-поездки с унылыми смузи и йогой на рассвете. А сильные, красивые истории про вкус к жизни. Вертолет, термальные источники, гастрономия, хороший фотограф, индивидуальный ритм, немного риска, много ощущения «я еще могу все». Это бы зашло.

Я откинулась в кресле и очень аккуратно сложила руки на столе, чтобы не выдать, насколько мне понравилась последняя формулировка.

— И давно вы это придумали?

— Пока сидел у аналитиков. Ну и дома что-то подобное уже крутил в голове.

— Дома — это в вашей семейной империи туризма?

— Звучит красиво. Надо запомнить.