Книга Академия проклятых драконов: попаданка на всю голову, страница 34 – Любовь Песцова

А сама мысленно поморщилась. Ну вот зачем я всё это говорю? А вдруг и правда разбираться пойдёт? Мне ведь, кроме этой враждебной академии, и идти-то некуда.

Понятно, что местным властям моё нахождение здесь тоже вроде как выгодно. По крайней мере, пока я числюсь как эллара. Но всё же обострять не стоит.

— О, у ректора я многое хочу узнать, — прищурился Сайлус.

И как-то сразу стало понятно, что лорда Деморта он не особо любит. Точнее, особо не любит.

— Но и к тебе вопросы имеются.

— Знаешь, мне как-то плевать на твои вопросы. Дай пройти.

— Не раньше, чем получу ответы.

— И как собираешься меня остановить? Повторишь свой фокус с придушением и об стену мой постучишь? Все драконы такие психи?

Казалось, он вспыхнул мгновенно. Глаза стали ещё ярче, начав практически светиться, ещё сильнее оттеняя шрам под глазом. Я видела, как ярость практически вырывается наружу. Но на этот раз он её сдержал.

Улыбнулся самой мерзкой, самой сальной улыбочкой, которую я видела в жизни.

— Специально меня провоцируешь, да? Придушить я тебя могу, но уже в другом положении. Может, тогда, наконец, пойму, за какие именно заслуги тебя в академию взяли.

Намёк был слишком прозрачным. Его не мог понять разве что человек с тяжёлой умственной отсталостью. И он стал для меня последней каплей.

На самом деле, я и так держалась из последних сил. Мне хотелось всё высказать ещё той тётке в медпункте. Да и преподавателям, которые показательно не обращали внимания на больную студентку. А теперь — эти сальные намёки со стороны блондинчика.

В общем, я не выдержала. Замахнулась, и…

По внутреннему двору прокатился звонкий звук пощёчины.

Не ожидавший подобного, Сайлус дёрнулся и даже слегка пошатнулся. Я считала это своей личной победой. Вот только нужно было сразу после этого брать ноги в руки и сматываться поскорее.

Увы, мой больной мозг вовремя не сообразил. А потом этот план стал невозможен.

Блондинчик оклемался, зыркнул на меня своими инфернально-голубыми глазами, а затем повторил трюк и обездвиживанием бедной меня.

Хорошо хоть за шею не спешил хватать и об стену стучать. Зато схватил за руку и дёрнул на себя, зажав практически в боевой хватке.

Со стороны, наверное, казалось, что мы обнимаемся. И то, как он склонил лицо к моему, только усиливало эффект.

Надеюсь, ты заразишься, сволочь!

— Совсем страх потеряла?

— Ага, мы ведь это уже проходили, — прошипела я. — Либо придуши уже совсем, либо отпусти и не трать моё время.

Пальцы на моём предплечье сжались сильнее.

Ой, кажется, зря я ему это предложила. А вдруг ему именно моего устного согласия не хватало для того, чтобы меня прикончить при всём честном народе?

— Ненормальная, — выдал он, после чего отпустил меня. — Научись вести себя тихо, без показательных выступлений типа утреннего. Если хочешь здесь выжить, конечно.

И ушёл.

Ну точно псих. Хотя… У меня, кажется, тоже не всё в порядке с головой.

Уже второй мужчина в этом мире советует мне держаться от него подальше и вообще не мозолить глаза своей розововолосой физиономией. Тенденция прослеживается, однако.

Интересно, это я что-то делаю не так, или это они все психи?

Первый вариант должен был заставить задуматься. Но я выбрала второй. Он был намного приятнее.

И, стараясь не зацикливаться, я всё же отправилась за пределы академии, надеясь разжиться чем-нибудь съестным. И у меня это даже получилось. Один пирожок я проглотила по пути в академию, хоть и не почувствовала вкуса. Ела потому, что нужно было. Ещё три булочки без начинки, которые будут дольше храниться, покоились в бумажном пакете.