Книга Академия проклятых драконов: попаданка на всю голову, страница 85 – Любовь Песцова

Я не была уверена, что Феликс вообще понимает хотя бы половину этих слов, но мне нужно было выговориться. Поэтому я не стала дожидаться ответа на очевидно риторический вопрос.

— Оборотни. Я прочитала про них всё, что только можно. Когда остальные девочки просили на день рождения и Восьмое марта украшения или айфон, я умоляла маму купить мне очередную книгу про них. Если что, оборотни — это такие ребята, которые имеют вторую ипостась и периодически превращаются в мифическое животное. Никого не напоминает?

— Мм…

— А теперь сложи две эти гиперфиксации и посмотри, что получится. Сразу можно было понять, на ком я была зациклена на самом деле.

Я горько усмехнулась, отворачиваясь. Во-первых, было тоскливо осознавать, что я как бы даже не полноценная личность. Не совсем человек. Только оболочка для той, которая должна переродиться. Во-вторых, было больно смотреть на него.

Это ведь не мои чувства!

Хотя, что значит «мои»? Как отделить Эвелин от Евы? Она — это я, что бы я ни говорила Феликсу. Только немного… другая.

Наверное, такие же чувства испытывает человек, потерявший память, построивший жизнь заново, а через двадцать лет вернувший воспоминания.

Я встала, подходя к зеркалу. На меня смотрела всё та же девушка, которую я видела в отражении всю жизнь. И теперь даже розовые волосы не смущали, не вызывали отторжения. Ощущалось, что так и должно быть.

— Почему меня никто не узнал? Прошло сто лет… Для магов это не срок. Про драконов я молчу. Преподавательский состав сменился, но в совете должны были быть те, кто помнил…

— Всем, кто знал Эвелин Наир лично, я заблокировал воспоминания о ней.

— Хлопотное, наверное, было дело.

— Не слишком. В живых таких осталось мало.

И всё же я обернулась, посмотрев ему в глаза.

Это было ошибкой. Потому что взгляд тёмных глаз затягивал. Феликс не делал попыток приблизиться, словно боялся напугать. Но даже с такого расстояния было видно, какое отчаяние плескалось у него внутри. И всё равно он не отворачивался.

Я сглотнула ком, образовавшийся в горле.

Решила, что мне одной тут тяжело. А представить, что переживает Феликс… ректор Деморт… Вряд ли я бы поменялась с ним местами.

— Кхм… Где здесь уборная?

Он кивнул в нужном направлении, указывая на неприметную дверь.

Я поспешила к ней, стараясь спрятаться от эмоций, которые не должна испытывать. Наверное.

В этой уборной тоже были все достижения современной цивилизации. Но я направилась к зеркалу. Почти такому же, в котором я разглядывала себя пару минут назад.

Сняв рубашку, я уставилась на своё тело.

Татуировка на запястье снова была видна. Заклинание Феликса, скрывающее её, слетело в какой-то момент.

А дальше было хуже.

Следы проклятия поднимались по предплечью. Но пока что не доходили до сердца, как в последние дни моей прошлой жизни.

— И всё же я не она, — заключила я. Потом поднесла руку к лицу, разглядывая рисунки на коже. — Но всё ещё могу повторить её судьбу.

Связь с землей и природой позволяла очень хорошо чувствовать погоду, а еще обеспечивала идеальные внутренние часы. Я точно знала, что через два с половиной часа рассвет.

Я была выжата как лимон и последствиями нового разлома, и эмоциональным потрясением. Да и просто физическая усталость давала о себе знать. Но при этом я понимала, что этот рассвет я встречу на ногах.