Книга Предатель. Оклеветанная Жена. Книга 2, страница 103 – Алиса Лаврова

— Я не думаю, что тебе стоит отправляться в деревню вольных сейчас, — говорю я и ставлю перед Сайрусом кружку с тёплым травяным чаем. Пар поднимается между нами.

— Что ты предлагаешь?

Он откидывается на спинку стула и снимает маску, потом берётся за чашку двумя руками и вдыхает аромат. Морщинки в уголках глаз разглаживаются. Сейчас, глядя на него, я уже словно не вижу его шрамов. Его лицо кажется мне даже красивым — будто я смотрю сквозь них и вижу его таким, каким он был когда-то.

— Я предлагаю проследить за ним. Найти место, где он прячет своё добро.

— Я уже пробовал за ним проследить. Он очень осторожен, и пока мне это не удалось. — В голосе Сайруса появляется досада, острая, как осколок, словно я сказала что-то неразумное. — Здесь каждый следит за каждым, а эти скалы бесконечны — тайник может быть где угодно.

Он бьёт рукой по столу так, что крепкая столешница начинает трещать. Звук разрывает воздух.

И вдруг я слышу голос Змея. Холодный, недовольный.

— Зачем вам искать тайник? — спрашивает он с вялым интересом, словно заинтересовался муравьиной вознёй. Голос его сонный и ленивый, будто он только что пробудился от долгого сна.

— Чтобы открыть портал, — с досадой говорю я вслух и спохватываюсь. Слова вырвались сами собой.

Сайрус лишь поднимает голову, отрываясь от своей чашки. Брови вопросительно изгибаются.

— Прости, — говорю я и погружаюсь внутрь себя, чтобы лучше слышать Змея. Закрываю глаза, мир отступает, терпеливо ожидая, когда он соизволит ответить.

— Глупое дитя, — говорит он спустя несколько долгих минут. Презрение сочится в каждом слове.

— Что?

— Я ждал, когда ты догадаешься сама, но, похоже, я переоценил тебя. Ты так жаждешь заполучить эти камни, что не видишь дальше своего носа.

— О чём ты?

Недовольное рычание. Вибрирует где-то в груди.

— Разуй глаза! — раздражённо говорит он. — Ты можешь видеть каждый камень, что распутала, где бы он ни находился. Надо лишь приложить небольшое усилие. Иметь дело с вами, смертными, — истинное наказание…

По спине пробегают мурашки и доходят до затылка. Сглатываю и широко распахнутыми глазами смотрю на Сайруса.

— Что? — он отставляет кружку в сторону.

— Подожди…

Я обхватываю лицо руками, зажмуриваюсь и погружаюсь внутрь себя так глубоко, как только могу. Падаю в себя, как в бездонный колодец. Змей безмолвствует, но я знаю, что он наблюдает за движением моей души так же пристально, как Сайрус сейчас смотрит на меня, ничего не понимая.

Я погружаюсь так глубоко в себя, что в какой-то момент сердце начинает стучать в висках оглушительно, словно огромный барабан. Бум. Бум. БУМ.

Проходит минута, две минуты, а потом будто целая вечность — и вдруг я вижу. От меня словно расходятся сотни крошечных нитей, которые ведут в разные стороны. Серебристая паутина связей. Каждая нить индивидуальна, вибрирует на своей собственной частоте, звучит своим уникальным голосом и имеет свой невыразимо особенный цвет.

Тончайшие нити тянутся от меня к камням, лежащим в мешке Сайруса, тянутся к его маске, и несколько пучков нитей уходит куда-то за пределы кузницы. Манят. Зовут. Я встаю, ноги движутся сами, торопливо подбегаю к окну, чтобы своими глазами увидеть, куда тянется самый большой пучок. Мой взгляд упирается в башню капитана. На самом верху, в кабинете. Я даже могу видеть ящик, в котором они лежат. Пульсируют там, как сердца. Пять сотен распутанных мною камней. Другой пучок уходит куда-то вглубь скал — там, совсем недалеко от лагеря, я вижу пещеру, скрытую от глаз тяжёлым валуном.