Книга Дом на краю земли, страница 75 – Кейт Андерсенн

Он шагнул к ней, взял за плечи, подтащил в тень голого куста. Какое-никакое, а все укрытие. Ведьма громко вздохнула, схватилась за его камзол, спрятала лицо на груди.

— Я тоже… так боюсь, Эдмон…

Он гладил ее по спине, волосам, подлезая ладонями под спущенный капюшон, и не понимал, как раньше мог жить без этого.

— Мы справимся, Эль. Я знаю.

Откуда он это знает — Эдмунд Хейл тоже не понимал.

— А если камни не отпустят?.. — почти проплакала она ему в рубаху. Ту самую, из сундука, с кружевами.

— Я отвезу тебя, — повторил твердо. Он и прежде чувствовал, что так правильно. Теперь же — и подавно. — И поговорю с ними сам. Отдам, что там нужно. А если сражаться придется — и это сделаю. И вырву тебя на свободу, слышишь?

Она засмеялась, возясь кулаками в его объятиях — должно быть, вытирая лицо. Выглянула на него оттуда, уже немножко румяная, уже похожая на саму себя. Тревога, сжимавшая сердце когтями чумной маски, потускнела.

— Ты же совершенно не представляешь, как это делается, сасанах!

Он пожал плечами. Ну и что ж, что не представляет. Раз надо считаться — будет считаться. Лишь бы ведьма улыбалась, лишь бы была спокойна, тогда и ему дышать проще.

— Сожгу Гарвея вместе с твоими письмами. Больше у меня ничего ценного нет. Думаешь, им не хватит? — качает головой, сверкая глазами смешливо. Эдмунд топнул ногой: — Не могут же они быть настолько бездушны!

Элоди расхохоталась уже совсем весело.

— Ну, вообще-то, они и есть бездушны. А я еще за Оуэна не рассчиталась. И дома не ночевала. Я в долгах, как в шелках, знаешь ли…

— Вот уж не вижу на тебе шелков. Решено — по крайней мере, для вступительной беседы с твоим дольменом я задержусь. Мне уж точно найдется, что ему сказать. Черт, Эль, я редко представлял себе, что женюсь, но даже если так — на самый худший случай я мог бы столкнуться с несговорчивым отцом или братом. Но отбивать жену у камней и фейри?.. — он и сам расхохотался.

И она обхватила его руками в ответ.

— А еще у возмущенной деревни, — пробормотала куда-то в подмышку, куда уютно уткнулась носом. — Они тебе еле простили сасанаха, а теперь вот это еще, богиню отнял и расколдовал…

— Ничего, — поцеловал он ее в склоненную макушку, — ведьма моя, справимся. Вытерпишь еще чету Падди ради меня?..

Ведьма явила ему свое уже совершенно счастливое лицо, потянулась, поцеловала. Коротко, но сладко, как обещание чего-то, за чем он потянулся было, но она лукаво отпрянула:

— Ради тебя — что угодно, мой доктор Хейл. Спасибо, что расколдовал, хотя иногда я не могу тебе этого простить. Идем? — и, выворачиваясь из объятий, отступила, протянула ладонь.

Он со смехом покачал головой. Да он ее и с той стороны, и с этой достанет.

— Еще у Падди прячется наш любимый тори.

— У Падди⁈. И он его не сдаст?

— Он его спас. Я обещал, что сделаю Оуэну ногу, но вряд ли представляю, как это провернуть.

Она встрепенулась вместе со своей ладонью в его руке, едва не оступилась в разлезшуюся лужей грязь, он подхватил за талию, приподнял, поставил на траву. Она выдохнула, толкнулась локтем смешливо, снова взяла за руку, а потом серьезно спросила:

— А ты про Амбруаза Паре слышал?

— Кто же про Паре не слышал. Перевязка сосудов — его метод. Ты сама пробовала. Кстати, очень удачно. Как так вышло, Эль?