Книга Личная юрэй первого принца, страница 65 – Селина Катрин

Затем последовала аудиенция с драконом, владеющим солеварнями на острове Горячих Камней. Тот пришёл с жалобой на соседа, который незаконно использовал его маршруты для ветровых судов. Жалоба была обоснованной, и Катэль составил соответствующий указ. Затем ещё было несколько споров драконьих родов. Кто-то не поделил рыболовные угодья, кто-то жаловался, что у него земля дрожит слишком часто и он не в состоянии платить налог дворцу Аккрийских наравне с соседом, потому что из-за смеха богов люди большую часть года восстанавливают жильё…

Где-то между рыболовным спором и налогами Икари-сан робко напомнил, что первый принц не завтракал и даже не обедал, а время уже движется к ужину. В следующий раз, когда верный слуга напомнил про еду, судя по клепсидре, настал час зажигающихся фонарей и ужин давно прошёл.

И вновь в голове Катэля появился недовольно нахохлившийся образ Юли:

— Катэль, ты дракон или белка? Драконам надо питаться!

Он отложил свитки и пошёл ужинать, вот только мысленный юрэй летал где-то сбоку и не желал уходить. Катэль потёр переносицу и понял, что это уже шестнадцатый раз за день, когда он вспоминает Юлю.

Неожиданно приятно иметь рядом кого-то, кто смотрит на всё совсем иным взглядом и не боится сказать вслух то, что думает.

Уже ближе к ночи, когда за окном стемнело, Катэля кольнула тревога: а что, если остров Рыбьих Слёз и правда был её незавершённым делом? Отомстить (пусть даже непонятно кому и за что), увидеть, как мост починили, как воду привезли, как рис не погиб. Вдруг её больше ничто здесь не держит? Почему за целый день она ни разу не навестила его?

Когда звёзды уже рассыпались по небу в полную силу и в саду было слышно, как шумит море за дальними деревьями, Катэль всё-таки отложил очередной свиток с прошением и направился в покои. Стоило войти в спальню, как вся накопленная за день тревога и волнение схлынули.

На циновке, там, где обычно лежал он сам, вытянулась Юля: правая рука согнута под головой, рыжие косицы разметались в стороны, ноги расположены так, словно она бежит во сне, но грудная клетка поднимается лишь еле заметно. Рядом у стены стоял сложенный футон, который чуть съехал вниз. Неужели Катэль с утра был настолько небрежен? Ах, утром он оставил футон ради Юли, и, видимо, слуги неаккуратно сложили. Надо сказать им, чтобы не убирали матрас вовсе. Будет странно, но он первый принц и может позволить себе некоторые странности.

Малую чащу клепсидры Катэль стоял и смотрел на спящую полупрозрачную девушку, а затем тихо подошёл к футону и разложил его, подснув край под Юлю. Это было иррационально. Духи не чувствуют холода. Духам не нужны подушки. Это он прекрасно понимал.

Но всё равно очень хотелось, чтобы Юля спала на мягком.

Юля

Я проснулась в тот момент, когда Катэль пытался как можно бесшумнее надеть на себя сто пятисотый халат. Разумеется, он шуршал.

— О, с добрым утром. — Я потянулась, наблюдая, как Катэль торопливо завязывает пояс.

Э-э-эх, вот проснулась бы чуть раньше — такой стриптиз посмотрела бы… Ладно, у меня есть теперь другой мужчина, который меня будет радовать по утрам. Я принялась оглядываться в поисках кота, но того, как назло, нигде не оказалось.

— А где Игнорий?

— Кто? — принц замер и нахмурился, а я чуть не пискнула от восторга, потому что на секунду увидела клочок светло-фарфоровой кожи в разрезах кимоно.