Книга Змееловы из Парансана, страница 111 – Ася Фуллер

И самая большая проблема – кофейные зерна скоро закончатся, и нужно будет идти на рынок за новыми. А на улице холодно.

— Маттео, сейчас убежит!

Риви открыл глаза, поднял посудину над огнем. Пузыри шипели и лопались. Он разлил кофе по двум кружкам и прошептал:

— Отнесу этому идиоту.

Вздохнув, взял одну, вынес на крыльцо.

— Спасибо, хён. – Ким перекинул кусок замороженного мяса в другую руку.

— Штаны не облей.

Ким улыбнулся, прошел, шаркая сапогами, в дом. Риви выдохнул, поймал ладонями пару резных снежинок. На ветке раскидистой, укрытой снегом елки сидел сокол и смотрел не мигая. Риви накрыла тревога – пульсирующая в висках, трепыхающаяся в горле.

«Ты не сможешь избежать неизбежного», – вкрадчиво зашептал внутренний голос.

Риви быстрым шагом зашел в стойла, поискал в сумках короткий черный карандаш и кусок бумаги, с трудом накарябал несколько строчек. Поманил сокола и вложил свернутую бумагу в когтистую лапу, надеясь, что птица знает, куда лететь.

— Пишешь сестре? – Акира появилась на крыльце с кружкой кофе.

— Да, – ответил Риви, отводя глаза. – Долго не получал от нее вестей.

Сокол расправил крылья и полетел на юго-запад – в сторону Парансана.

Риви проводил его взглядом.

Подошел к Акире, уткнулся лбом ей в плечо и повторил написанное про себя: «Сложить оружие – это все, о чем я прошу».

Метель усилилась: снег скатывался со склонов, падал с елочных веток. Дым из труб дома и бани растворялся в небе, смешиваясь со снежным вихрем.

— Давайте сегодня заночуем здесь, – сказал Ким.

Он высунулся наружу из полуоткрытой двери и тут же спрятался обратно в тепло.

Риви думал, Акира откажется. Но она кивнула.

— Оставила тебе половину. – Акира протянула Риви зеленую жестяную кружку, и он сделал глоток.

Они по-прежнему стояли на крыльце.

Риви смотрел вдаль, туда, куда только что улетел сокол.

Как бы задержать это мгновение, этот день. Сделать так, чтобы он никогда не заканчивался. Чтобы был только он и Акира. И – ладно уж – братишка Ким. Чтобы был дом с драконами, и метель, и горячий пол, на который так приятно опускать уставшие ступни, и крепкий кофе.

Ее губы, и голос, и смех.

Акира провела ладонью по щеке и переносице Риви.

— Красивые, – сказала она. – Веснушки.

— Мне, конечно, повезло, – ответил Риви, чувствуя, что краснеет, – что у самой прекрасной женщины в мире такие извращенные понятия о красоте.

— Это мне повезло. Ты плохо видишь, Маттео. И поэтому, наверное, считаешь меня самой прекрасной женщиной в мире.

Риви улыбнулся – впервые напоминание о травмах не принесло ему боли.

— Ты же знаешь, мой капитан, я вижу достаточно.

— Мой капитан?

— А ты тогда и правда не расслышала, что я сказал в пещере? Когда пришел Янги?

— Нет.

— Почему тогда ты меня поцеловала?

— Боялась, что мы больше не увидимся, – прошептала Акира еле слышно. – А потом боялась, что ты это помнишь.

— Конечно помню.

— А что ты говорил?

— Поцелуй меня, мой капитан, – ответил Риви. – Пожалуйста.

От Акиры пахло крепким кофе, и Риви не знал сочетания лучше: запах кофе и запах его женщины.

* * *

Едва Риви переступил порог, в нос ударил запах куда менее приятный – специй и вареных овощей, – которым пропитался весь дом. На кухне Ким вываливал в глубокую миску переваренную лапшу с мясными шматками, огромными кусками морковки и коричневым соусом, липким на вид.