Книга Змееловы из Парансана, страница 131 – Ася Фуллер

— Есть!

— Мочите зеленую, парни! Убьем ее – они свалят!

Но стоило змеям приблизиться, зеленая тварь отступила назад, просочившись в середину, и найти ее было невозможно. Змеи вскинулись и рванули.

…Первым умер Бертелли, за ним Де Анджело. Черная длинная змея полоснула ему когтем по животу. Подползла зеленая, лизнула кровь раздвоенным языком. Отвернулась, и черная, получив добычу, вгрызлась в Де Анджело, еще живого, острыми клыками. Истекающий кровью Манчини исчез в пасти с хрустом, а больше Риви ничего не видел. Умытый кровью меч резал чешую то одной твари, то другой.

Продираясь вперед, Риви заметил зеленый хвост, побежал.

— Прикрою! – крикнул Конте.

Это были последние его слова.

— Ах ты сука, – прошипел Риви.

Он прыгнул, полоснул зеленой змее мечом по горлу, чувствуя, как под лезвием крошится чешуя. Конте, лицом вниз, лежал на земле сломанной куклой. Тварь распахнула мерзкую пасть, и Риви увидел, что у нее нет нескольких передних зубов. Зажала лапой рану – жуткий, человеческий жест.

«Посмотрите ей в глаза без страха быть съеденным. Посмотрите так, чтобы ей стало страшно. И если она вас испугается – она лишится разума», – вспомнились Риви слова Минхи.

И он смотрел на змею – да только она его не боялась.

— Тварь, – хрипел Риви. – Тварь.

— Лейтенант Риви! Моранди поверил! Наши идут сюда! – послышался над ухом голос Бьянки.

— Молодец, – Риви сжал его кисть.

Да так и остался с этой кистью в ладони – зеленая змея за секунду поглотила Бьянки почти целиком, даже вместе с клинком, и теперь в его бордовой крови была вся ее вытянутая морда.

Желтые глаза взглянули на Риви. Рот с просветами между зубами изогнулся в подобии улыбки – будто змее нравилось не столько убивать, сколько видеть чей-то утробный ужас. Риви отпустил руку Бьянки, она упала в пыль.

— Тварь, – повторил Риви, впиваясь взглядом в желтые глаза с вертикальными зрачками. И на секунду – лишь на секунду – ему показалось, что глаза змеи стали чуть менее человеческими, а жуткую улыбку заменил обычный животный оскал.

Он занес меч – хотел ударить, как давно учил Фролов, слева направо, но перепутал. Меч чиркнул змею по горлу справа налево, она захрипела и завалилась набок. Риви подскочил ближе.

Жива.

Внутри Риви кипела ярость. Он запрыгнул змее на грудь, пнул по морде сапогом.

— Парней моих, значит…

Повинуясь странному порыву, занес меч над змеиным сердцем, сделал три неуверенных надреза, разрывая чешую и мягкие связки.

— Вот тебе. – Риви убрал оружие и сунул руки в распоротую змеиную грудь.

Змея завопила, высунула язык и плюнула ядом из последних сил. Левый глаз обожгло. Риви заорал и потянул на себя змеиное сердце, но не смог оторвать – оно повисло на толстой белой жиле. Он дернул снова. Упал, перепачкавшись в пыли и грязи. Сердце осталось в ладонях. Перед левым глазом плыли серые пятна.

Идиот – он так хотел отомстить, что даже не подумал об основном: бутылке для яда. Вдруг осенило: граппа! Превозмогая боль, Риви сел, привалился к змеиному боку, вытряхнул бутыльки из внутреннего кармана кителя. Открыл зубами один за другим. Смял змеиное сердце ладонями, сливая кровь.

Кровь перестала течь, но яда не было. Сердце стремительно засыхало. Риви упал на землю, поставил бутыльки в ряд, смял сердце ладонями еще сильнее.