Книга В погоне за Смертью, страница 85 – Кирилл Архангельский

Стянув рубаху с какого-то бедолаги и затолкав свои выпавшие, было внутренности обратно, я крепко перевязал торс.

— Пойдёт?

— В следующий раз постарайся хотя бы иногда парировать удары, - вздохнул меч.

— Это не то, что я могу контролировать, - фыркнул я в ответ.

Закончив с перевязкой, я продолжил осматривать тела, едва лелея небольшую надежду, что в пылу сражения мне просто показалось, и хотя бы кто-то сумел избежать моего меча.

Но мои надежды были напрасны: первым я обнаружил полуголое тело Рауля, которое я буквально порубил в кровавое месиво. Эта находка, будем честны, меня не очень и огорчила, поэтому я добавил – крепкими ударами сапога я раздробил его черепушку, забрызгав всё вокруг мозгами.

В конце концов, в том, что я стал таким была его вина.

А вот следующие две находки меня не обрадовали от слова совсем:

Иван Соколов по прозвищу Знахарь, который как это не удивительно был нашим знахарем и по совместительству врачом. В свободное от размахивания мечом время. Вообще клички у нас в основном раздавал Франсуа, так что, несмотря на определённый юмор, оригинальностью они не блистали. Ну, за исключением клички Рауля – того называть Кривым велел сам Бог, за его отвратительную рожу.

Последним был найден Джованни́ ди Фиренце́ по прозвищу Игла. Как не трудно догадаться – Джованни́ в основном был занят тем, чтобы зашивал наши портки. Так что можно даже в какой-то мере назвать его нашим портным.

За исключением Виллема все выжившие в бою были лучниками, ну, кроме Рауля, но тот, как командир соваться в первые ряды не должен был. Так как его гибель могла привести к уничтожению всего отряда. Не каждый мог, так же как я – смело лезть в бой в первых рядах.

Теперь отряд Ледяного пса можно было официально считать полностью уничтоженным. Причём руками его же создателя.

Впрочем, мне было сейчас не до осознания всей иронии этой ситуации. Сам того не желая, я перерубил последнюю ниточку, связывающую меня с моим прошлым. Если не с миром живых в целом.

— Они были всего лишь разбойниками, - меч, казалось, не понимал, что именно меня терзало в этой ситуации.

— Эти не были, - я подразумевал Франсуа, Виллема, Ивана и Джованни.

По поводу Рауля, я не испытывал никаких угрызений совести. Надеюсь, эта тварь будет мучиться в аду!

— Стали, как только присоединились к этим, - голос Киты явно источал презрение.

Я глубоко вздохнул и сел на бревно, что лежало недалеко от того места, где раньше был костёр. Сейчас же на его мести валялась чья-то нижняя половина тела, рядом с которой лежал перевёрнутый котёл, с готовившейся похлёбкой.

Мазнув по стенке котла пальцем, я подцепил немного жижи и попробовал на вкус – ничего. Ещё один вздох вырвался из моей груди – не знаю на что я надеялся, может быть, снова почувствовать вкус стряпни Франсуа? Моя голова поникла, а взгляд упёрся в покрытую кровью землю.

— Ты не понимаешь, - горько протянул я, погружаясь в пучину печали.

— Так объясни.

— Он несёт смерть всем, кто ему дорог. Не так ли, Брат?

************

Мурашки прошли по моему телу.

Я узнал, это голос!

Только не сейчас! Только не он!

Пересиливая свой страх, я поднял голову – рядом со мной стоял Мариус.

В той же белой рубашке, завязывающейся на верёвочки, в которой я видел его в тот роковой день, восемь лет назад. Как же он не любил с ней возиться! Вечно завязывал только парочку нижних, и так и бегал по замку с полуобнажённым торсом.