Книга Абсолютная Власть 3, страница 19 – Александр Майерс

— И он остановился?

— Он задумался, — с улыбкой сказал Базилевский. — А затем я напомнил барону о вашем искреннем желании… помочь ему в этой непростой ситуации. О вашей готовности к конструктивному диалогу, — юрист взял булочку и чуть примял её пальцами, будто проверяя мягкость. — И знаете, Владимир Александрович, после недолгого, но, судя по всему, бурного внутреннего монолога, барон согласился на личную встречу с вами.

Я не стал сдерживать торжествующую улыбку, которая сама просилась на лицо. Прекрасно! Всё шло по плану. Фон Берг, загнанный в угол государственной машиной и страхом за свою репутацию, сам шёл в расставленные мной сети.

— Блестящая работа, Филипп Евгеньевич, — сказал я, приподнимая чашку.

— Профессионализм, Владимир Александрович, просто профессионализм и немного удачи, — скромно ответил юрист, но по его довольному виду было видно, что комплимент пришёлся по душе. — Встреча назначена на завтра, после полудня. Барон просил обеспечить конфиденциальность.

— Она будет обеспечена, — заверил я. — Отдохните, Филипп Евгеньевич, вы заслужили. Завтра будет интересный день.

Мы допили чай и насладились свежей выпечкой, а после этого я проводил юриста в приготовленную для него комнату и направился в кабинет.

Сев за стол, я сосредоточился, вызывая на связь Станислава. Через две минуты он ответил. Моё сознание перенеслось в ворона, а перед глазами возник образ Соболева. Он сидел у камина и начищал лежащую на коленях шпагу. Рядом на столике искрился бокал с белым вином.

— Здравствуй, Владимир, — сказал Станислав. — Тебе повезло, я как раз заменил кристалл в артефакте.

— Когда он успел истощиться?

— Мы много говорим с Татьяной. Столько месяцев вместе… Разлука даётся нам непросто.

— Понимаю. Но, как только закончится война, вы сможете пожениться и жить вместе официально, — сказал я.

— Слышу в твоём голосе нотки строгого старшего брата, — усмехнулся граф. — Ладно, что случилось? Ты-то уж точно связался со мной по делу.

— Фон Берг согласился на встречу и приедет завтра. У тебя всё готово?

— О-о, толстяк всё-таки сдался, — лицо Соболева озарила насмешливая улыбка. — Да, у меня всё готово. Уже давно.

— Прекрасно. Значит, остаётся только убедить Генриха Карловича поступить правильно. Но это я беру на себя.

— Не сомневаюсь, что ты справишься, будущий шурин, — Станислав критически осмотрел начищенный клинок. — И я рад, что в этом участвую. Растоптать такую тварь, как фон Берг — чистое удовольствие. Приятно разделить его с тобой.

— Взаимно, — сказал я. — Скоро мы это отметим. До встречи.

— До встречи, Владимир.

Я разорвал связь и открыл глаза. Сидя на отцовском кресле, я смотрел в темноту перед собой и улыбался.

Фон Берг даже не подозревает, что его ждёт. Нет, никто не собирается его убивать. Я как-то обещал захватить всё, что принадлежит ему, а после этого позволить капитулировать. Планы не менялись. Именно так и я поступлю.

Завтра будет совершён очередной ход в этой партии.

Решающий.

Комната была пустой и тихой. Это была одна из комнат усадьбы, где никто не жил — здесь не было даже мебели. Именно поэтому я её и выбрал.

Лучи рассвета, пробившиеся через тучи, втекали внутрь через пыльное окно, освещая сосредоточенное лицо Лады. Девушка сидела в позе лотоса по центру помещения, а я ходил вокруг, наблюдая за течением маны в её теле.