Книга Абсолютная Власть 2, страница 66 – Александр Майерс

Советник откинулся на спинку кресла и щёлкнул пальцами. В этом щелчке Успенскому послышался грохот рушащегося дома. Он с трудом сглотнул комок в горле и спросил:

— Чего вы хотите?

— Сотрудничать. Со мной напрямую. Вы станете докладывать обо всём, что планирует Градов. А я… — Альберт сделал короткую паузу, — не расскажу графу Муратову о вашей щедрости.

— Как это? — выдавил Леонид.

— Очень просто. Я скажу ему, что кровный договор утерян, и Владимир пытался уговорами привлечь вас на свою сторону. Вы отказались. Вот и всё.

— Но поставки боеприпасов…

— Значит, Градов хочет получить от вас боеприпасы? — перебив, усмехнулся Игнатьев. — Наверняка ещё оружие и пушки?

Барон промолчал, но ему казалось, что советник легко читает ответ в его глазах.

— Интересно. Зачем магическому роду огнестрельное оружие? — Игнатьев встал, подошёл к витрине с фарфором. Взял статуэтку восточной танцовщицы, провёл пальцем по обнажённой груди. — Мои условия вам понятны, Леонид Олегович?

— Это шантаж, — проговорил Успенский. — Я…

— Вы уже знаете, что случится, если откажетесь. Думаю, выбор очевиден. Вы согласитесь и будете делать то, что я вам скажу.

Это был не вопрос, но барон всё равно обречённо пробубнил:

— Хорошо.

Как его угораздило очутиться посреди этого ужаса? Градов, Муратов, теперь ещё и подлец–советник… Кто бы мог подумать, что этот человек ведёт свою игру и может быть настолько жесток и коварен.

— Прекрасно. Тогда немедленно отдайте приказ об отгрузке. Артиллерию поставляйте разобранной, машины отправляйте ночью и делайте крюк через восточные земли Градовых. Там стоит дружина Карцевых — точнее, стояла. Графиня отвела почти все войска, оставив несколько блокпостов.

— Я понял, — задыхаясь от унижения, прохрипел Успенский.

— Вот что ещё вам нужно сделать, — Альберт повернулся к нему. — Отправьте Градову отряд дружинников. Оснастите их лучшим вооружением и скажите, что это своего рода извинение за прошлые недоразумения.

— Зачем это?

— Среди них будут мои люди. — Игнатьев поставил статуэтку танцовщицы на место и поправил перчатку. — Очень полезные ребята. Уверен, Владимир Александрович оценит ваш жест.

— Хорошо, — прошептал он. — Я сделаю всё, как вы скажете. Но если кто-нибудь из моего рода…

— Тише, тише, — Игнатьев приложил палец к губам. — Вы не в том положении, чтобы ставить условия. Вы подчиняетесь мне, барон, и если вздумаете нарушить нашу маленькую договорённость — пожалеете. До встречи.

С этими словами Альберт направился к выходу.

Леонид Олегович сидел, не шевелясь, пока не услышал, как скрипят за окном ворота конюшни и удаляющийся цокот копыт. Только затем он вскочил, сорвал с себя пиджак и швырнул его на пол.

А затем упал обратно в кресло и закрыл лицо ладонями.

Теперь он понимал, что такое настоящая беспомощность.

Поместье барона Градова

Настоящее время

Когда мой ворон погиб, я мгновенно вернулся в своё тело. Голову пронзила острая боль, перед глазами всё поплыло. Стиснув зубы, я встал и быстрым шагом направился к главному входу.

Добрынин стоял во дворе, наблюдая за дорогой. Я перевёл взгляд туда и увидел грузовики, вокруг которых копошились солдаты.

— Барон Успенский прислал первую партию, — заметив меня, сказал Никита. — В одном грузовике две разобранные пушки, в другом — боеприпасы к ним. Ты в порядке?