Книга Абсолютная Власть 2, страница 65 – Александр Майерс

Успенский узнал его, и это не добавило барону радости.

— Здравствуйте, — прохрипел он и прочистил горло, — Альберт Андреевич.

Советник Игнатьев улыбнулся и слегка поклонился.

— Мне пришлось долго вас ждать. Что-то случилось по дороге?

— Дождь, — барон с трудом сглотнул.

— Да, конечно. Дожди порой мешают. Из-за них можно даже опоздать на решающую битву, — продолжая улыбаться, сказал Альберт.

Успенский ничего не ответил. А Игнатьев поправил тонкие кожаные перчатки и указал на кресло:

— Присаживайтесь. Как я сказал, мне пришлось дожидаться вас, поэтому перейдём сразу к делу.

Леонид подавил желание пройти к креслу. С трудом расправил плечи, чувствуя, как напряжено его тело, и спросил:

— Какое дело вы хотите обсудить?

— Возобновление вашего союза с родом Градовых, конечно же.

— Но я…

— Сядьте, — голос Альберта лязгнул, а затем он добавил чуть мягче: — Прошу вас. Обсудим всё в спокойной обстановке. Уверяю, вам нечего бояться.

— С чего вы взяли, что я боюсь? — задрав подбородок, выпалил Успенский.

— По вам это видно, — Игнатьев повёл рукой в перчатке. — Вы же неглупый человек и понимаете, чем грозит нарушение мирного договора с моим господином. Это нам и предстоит обсудить.

Советник уселся в кресло, положил руки на подлокотники и выжидающе уставился на барона. Тот, чувствуя себя униженным, прошёл через комнату и сел напротив Альберта.

Тот сложил пальцы домиком и произнёс:

— Поздравляю с удачной сделкой, Леонид Олегович. Могу предположить, что вы не согласились отправить Градову войска, и предпочли откупиться ресурсами. Я прав?

Успенский схватился за подлокотники, чтобы скрыть дрожь. Изо всех сил стараясь сохранять невозмутимость, он ответил вопросом на вопрос:

— С чего вы взяли?

— С того, что я тоже не глупец. Я догадывался, что у Градовых сохранился кровный договор, и что вскоре он вас призовёт. По поручению графа Муратова за вами следили и узнали, что недавно вы были в поместье Градовых. Надеюсь, вы не станете это отрицать?

— Не стану, — выдавил Леонид.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Альберт. — Значит, я верно предположил? Владимир Александрович хочет получить от вас ресурсы? Что конкретно вы согласились передать?

— Я… не имею права об этом рассказывать.

— О, безусловно, честь не позволяет раскрывать секреты союзников. Но давайте проясним кое-что, — советник наклонился вперёд, впиваясь взглядом в лицо Успенского. — Если вы не согласитесь сотрудничать, ваш род будет уничтожен. Ваша прекрасная усадьба, — он обвёл рукой вокруг, — станет вашей могилой.

— Как вы смеете угрожать мне в моём собственном доме! — сказал барон, пытаясь разжечь в себе гнев.

Увы, не получалось. В груди было так холодно от страха, что даже крошечная искорка не разгоралась.

— Мы знаем, где живут ваши сыновья в Москве, — невозмутимо продолжил Альберт. — Один приказ — и их убьют. Род Успенских прервётся. Ваша дочь, я слышал, беременна? Вы не увидите внука. Да и внук ваш не успеет увидеть мир.

Намёк на то, что его дочь убьют вместе с нерожденным ребёнком, всё же вызвал в бароне злость. Он до боли стиснул подлокотники и прокричал:

— Что ты себе позволяешь, безродный⁈ Да я прямо сейчас придушу тебя и отдам тело свиньям! Муратов даже не узнает, что с тобой случилось!

— Сколько агрессии, — не шевельнувшись, произнёс Игнатьев. — Если бы вы так же рьяно помогали Градовым, возможно, война повернулась бы иначе. Рекомендую не совершать глупостей. Если я умру — то всё, что я сказал, неизбежно сбудется. Рудольф Сергеевич прекрасно знает, где я нахожусь и с какой целью, так что если я не вернусь…