Книга Герои Озерного края, страница 102 – Руслан Михайлов

Я вышел из себя когда прямо перед моими воротами убили уже пятую ни в чем неповинную девушку, всадив ей в спину сразу пять стрел. В ответ Строгос пристрелил одного вражеского мага, отправив его на возрождение и тем самым сумел дать шанс еще одной девушек, которым она и воспользовалась. Я же прикончил воина с саблями, что слишком увлекся преследованием хромающего чернобородого гнома в полосатых обрывках, тащащего за собой цепи с многопудовыми гирями. Гном также добрался до дома. Получается Строгос уберег прекрасную девушку, а я спас каторжника закованного в цепи. Спасенная девушка сразу же с чувством закричала «Покажите мне спасшего меня героя!» причем выглядела она так, будто прямо сейчас готова упасть в крепкие объятия дворецкого и отдаться ему. Я жутко боялся, что каторжник закричит что-то такое же, поэтому придал физиономии грозный вид и хрипло поинтересовался за что его заковали и кто он вообще такой.

Гном оказался вообще не из Тишки. Его везли на суд в Храдальроум. В тюремной повозке из дерева окованного железом. Но на конвой напали, повозку разбили, гном мыкался по лесам и оврагам несколько дней, мучимый голодом вышел к Тишке, где удавил гуся, но не успел сожрать пташку, как на него поперли чужеземцы – видать хозяева гуся – и пришлось бежать по разрушенным улицам. И вот он здесь. А зовут его Берпи. Чего он натворил? Гномьи внутренние разборки. Зато если с него снимут ножные цепи – гнома приковали за все четыре конечности цепями с гирями – он готов принять участие в битве. Ручные цепи с гирями снимать не надо – в самый раз. Загадочно… но на безармье подозрительным гномам в рот не заглядывают и карму их не нюхают. Строгос занялся цепями, а я вернулся на чердак и продолжил скрипеть от злости зубами. Порой опрометью выбегал оттуда и мчался к воротам или калитке. И если хоть чуть-чуть везло – я умудрялся спасти еще одного беглеца.

И сейчас, когда тучи потемнели в третий раз и начался ливень, когда закончились игры в охоту на мирных жителей, в Зале Беглецов находилось два десятка беглецов. Всех их я подлечил «серьезным исцелением», многих пришлось еще пользовать «очищением», убирая с их тел яд со стрел пущенных аграми. Репутация моя среди них взлетела до небес. Или даже выше. Стоило зайти в зал и сразу же я видел встающих мужчин и женщин, радостные улыбки. Меня стремились обнять или похлопать по плечу. Я стал для них героем.

Калиф на час?

Так кажется называлась та история в потрепанной старой книге «Тысяча и одна ночь», прочитанная мною у заиндевевшего окна жилого вагончика, во время пребывания в северном «отпуске». Там бедняк стал королем на целый день. Всего на день. А затем вернулся к своей бедняцкой жизни.

А я стал героем. Но надолго ли? Пройдет штурм, все здесь разнесут, всех убьют.

Допустить нельзя…

От моей задумчивости и нерешительности не осталось и следа. Чистая ярость и ненависть. Храбра обуревали такие же эмоции – урывками он видел происходящее и парня аж трясло от злости. Так трясло, что ему пришлось на несколько минут прервать занятие алхимией, чтобы не испортить зелья. Видать и он воспринимает «местных» как настоящих, а не «игрушечных».

И вот он ливень. Стучит по крыше военным барабаном. Видимость упала. Но не настолько. Враг разминает мышцы и группируется. Пора и нам.