Онлайн книга «ПереКРЕСТок одиночества 2»
|
Все… В подобных случаях пропавшего начинают ценить гораздо выше. В том случае если ему не находится замена. Если нашлась — пропавшего быстро и надежно забывают. Спи… Спи, Охотник. Отдыхай. Но не забывай о чуткости… пусть горячащий страх и дальше шипит в венах подобно злому карбиду… * * * Я с силой ударил копьем еще раз. Последний раз. Крохотный медвежонок замер жалким пушистым комочком, безвольно расслабилась страшная пасть — страшная даже несмотря на молодость здешнего суперхищника. Поправка. Бывшего суперхищника. Отныне эту почетную позицию занимает летающий червь. Коротко глянув в затянутое низкими черными тучами небо, я поспешно заработал ножом. Вспорол шкуру, срезал пару солидных ломтей молодого нежного мяса, завернул в обрывок шкуры. Подвесил завернутое мясо на пояс, бережно вытер лезвие ножа и рукоять от крови — пахучая и замерзает, потом не отдерешь. Выпрямившись, закинул острогу за спину — наконечником вверх. Наконечником в небо. Подобие жалко защиты от пикирующего червя. Меня это наверняка не спасет, но, если при атаке он и сам пострадает, пропоров себе грудь — умирать будет веселее. Быстро уйдя с места охоты, взобрался по сыпучему склону небольшого снежного холма, осторожно отгреб наметенный снег и забрался в неприметную черную дыру, оказавшись в очередной снежной норе. Эта отличалась от предыдущей чуть меньшим размером, вытянутой формой и куда лучшим обзором. Отсюда я мог любоваться настоящей панорамой — холм хоть и небольшой, но в свою очередь расположен на плече куда более могучего собрата. Третий день продолжается моя снежная робинзонада. Последний день. Именно столько времени — две ночи и три дня — я наметил себе как лимит. Наметил заранее, когда был еще бодр и полон сил. Чтобы потом, уже вымотанным и замерзшим, не смалодушничать и не назначить меньший срок. Развернув сверток, я заработал ножом, нарезая уже чуть подмерзшее мясо тонкими полупрозрачными пластинками. Нарезал осторожно и неторопливо — пару дней назад чуть поспешил и отточенное лезвие ножа легко вспороло большой палец. Хорошо неглубоко. Но любая травма в подобной ситуации может оказаться гибельной. Нарезанные розовато-белые с красными кляксами пластинки одна за другой падали в чистый снег. Нарезав целый ломоть, я глянул в сторону — на неотрывно смотрящее на меня старческое женское лицо — извиняющееся вздохнул. Неприлично жрать рядом с промерзшим трупом. Вроде как непочтение к уже почившей сиделицы, на которую я наткнулся, когда выкапывал эту нору. Не знаю, чего ее понесло на верхотуру — не иначе хотела с высоты оглядеться и увидеть приветливо мигающие недалекие огни спасительного Бункера. Поднялась, не увидела ничего кроме угрюмой черноты… и сдалась. Возможно, так и было. Одно точно — рюкзака или хотя бы сумки при ней не оказалось. А вот вполне приличный черный лыжный костюм и лыжные палки имелись. В хрустящих промерзших карманах ничего кроме мелочевки — перочинный нож, электронные наручные часы с порванным браслетом, двадцать четыре различные конфеты — от шоколадных до сосательных. Все ее имущество я забрал. В первую очередь прикарманил конфеты, распихав их по своим карманам и не забыв поблагодарить умершую за щедрый подарок. Сахар. Простой углевод, что так быстро попадет в кровь и повышает уровень глюкозы. Сахар, что одним свои вкусом бодрит и умаляет тревоги. Не зря на сахарной игле давно и надежно сидит три четверти жиреющего человечества. Многим проще отказаться от мяса, но не от сахара. |