Онлайн книга «Темнодружье»
|
— Милый, ты глянь чего энтот квыхпых с моей прической сотворил! Плюнул прямо в середку! Превратившись из дерзкого ковбоя в испуганного Шмыга, я отскочил на шаг и присмотрелся. Гнусавила невероятная толстуха. Ее было так много, что лавку под ее затянутым в выцветший бархат седалищем попросту было не видать, казалось, что толстуха парила в воздухе вместе со всеми своими бородавками, губами варениками и столь ужасным макияжем, равным которому я еще не видал. Это женщина? Или принарядившийся тролль? — И ведь только праздник наш темный исконно женский минул! День Осьмомраксия! – продолжала нагнетать весовая женщина, косясь на сидящего рядом с ней крохотного пигмея с длиннющей черной бородой тянущейся до пола – Ты глянь, а! Не поздравив – плюнул! — С праздником вас, добрая леди – широко улыбнулся я и попытался отшагнуть еще дальше. Угораздило же. Чернобородый пигмей яростно захрипел и начал вставать, попутно доставая из черной бороды длинный меч. Подбородные ножны – это что-то новенькое… — Шмыг! Дружище Шмыг! Не ты ли? – сквозь дымный туман донесся знакомый голос. — Я! – радостно откликнулся я, торопливо двинувшись на звук – Григс! О! И Амброс! — Добро пожаловать, дружище! Проходи. Угостим тебя винцом! Чернобородый пигмей запихнул меч обратно в бороду и притворился спящим. Весовая женщина тихонько что-то пробормотала, дернула нащечным созвездием бородавок и отвернулась. Инцидент исчерпан – к моей великой радости. И у меня появились надежные провожатые в этом сумрачном злом мире. И провожатые с большим весом – судя по тому, как они отшвыривали со своего пути всяких свирепых личностей. Григс и Амброс здесь в почете. Я поглубже натянул светло-серую вязанную шапку – мои данные временно скрыты. Без особой причины. Просто уж если я суюсь в притон, надо играть по их правилам плаща и кинжала. Трактирный зал выглядел ужасно. Настолько скверной мебели видеть не приходилось. Лавки прогибаются под собственным весом, перекошенные столы издают предсмертные скрипы, стены под слоем грязи и плесени, пол покрыт толстым слоем разнообразнейшего мусора, преобладает битое стекло с обилием иззубренных краев торчащих грозными шипами, густой неприятный запах валит с ног, забивает напрочь нос, тут не сдюжит ни одна ищейка. Публика под стать мебели – мусор темный. И опасный. За нами следит немало темных провалов зияющих под темными капюшонами черных плащей. Впрочем, куда больше тех, кому вообще на все и вся плевать – они заняты мрачным созерцанием бокалов перед собой, пытаясь понять смысл жизни по тающей пене скверного пива. Другие мертвецки спят и лежат под столами. Вдалеке, едва просматриваясь за седым туманом, подобно грязному айсбергу виднеется барная стойка. Перед ней сидят «милые девы» пытающиеся зазывно улыбаться – мороз по коже от их улыбок. Такую же примерно улыбку я видел у мертвой дворянки с обилием драгоценностей – та что сейчас охраняет дедушку Крутована и та, что давно потеряла где-то лицо. — Бросай кости – дружески велел Григс и я послушно плюхнулся на лавку, не глядя на того, кого с нее бесцеремонно сбросили. — Случилось что? – вопросил Амброс, роняя лапищу на рукоять кинжала – С Батюшкой? — С Батюшкой Крутованом все хорошо – поторопился я успокоить головорезов – Разговор есть. |