Онлайн книга «Беседы палача и сильги»
|
Спрыгнув с седла, я поморщился, а спешившаяся сильга не смогла сдержать сдержанного оханья. Перенапряженные бедра горели огнем, спина ныла, живот тоже прихватывало болью. Болели даже руки. Тут все дело в этих самых клятых спусках и подъемах. Порой лошади спускались по столь крутому склону, что приходилось упираться в луку обеими руками и покрепче сжимать ноги, чтобы не вылететь из седла. Затем тут же следует подъем и порой я ощущал как мое тело отклоняется назад, будто некто невидимый с силой давит мне в грудь. Еще хорошо, что такие места были редки… Ну и поговаривают что на усталость и перенапряжение тела влияют здешние высоты. Высокогорье. Настоящее высокогорье начинается именно здесь… Как и горные луга — с места, где я уселся на расстеленное одеяло прекрасно видно начало бескрайнего зеленого волнистого склона… На меня пахнуло сладким цветочным ароматом и рядом опустилась сильга, принесшая с собой знакомую мне сумку. Скрестив ноги, она поерзала спиной по тулову старого корня, наконец устроилась поудобней, после чего ненадолго зарылась в сумке, поочередно достав дорожную чернильницу, пенал для перьев и ту самую книгу с исписанными листами. — Опять будешь записывать все услышанное — обреченно вздохнул я. — Ты умрешь, я умру, а память о нас останется… — Истлеют твои записи в одной из кладовок Сильгаллы — хмыкнул я — Истлеют непрочитанными… — Ну тогда тебе нечего терять! — изящно парировала девушка и тихо поинтересовалась, кивнув на Часира, что уселся на соседнем корне и наблюдал за хлопочущими внуками — Нам точно не надо им помочь? — Первое время и я пытался — хмыкнул я — Но у нас не общее путешествие. Мы приглашены. И потому все дорожные хлопоты ложатся на их плечи. Так тут заведено. — Эх… вот бы по этим же законам жили бы и там… — Там в долинах? — Угу… Вот почему там не так? Чуть подумав, я пожал плечами: — Везде свои обычаи, госпожа Анутта. Может и хорошо, что всюду они разные? Есть чему порадоваться или над чем задуматься во время долгого путешествия по незнакомым краям. И не это ли самый весомый повод для нового путешествия? На мир поглядеть… и к людям приглядеться… задуматься над их поступками, провести бесчисленные вечера в беседах у придорожного костра с новыми собеседниками… Будь везде все одинаково… не было бы и дорог, что соединяют эти края… — Хо-о-о… — неожиданно по горски гортанно произнесла сильга — Эту мысль я пожалуй запишу… Ты точно палач? — Я палач — кивнул я. — Палач с вечно грязным страшным топором как в детских страшилках… — Самый чистый топор — у палача — возразил я — Мы не свиней закалываем. И не овцам глотки пластаем. Мой топор всегда чист. Как и остальной инструмент. И я не приведу в исполнение приговор на грязном эшафоте или внутреннем дворе. — Рург… я лишь вспомнила детские пугалки… придет палач с почернелым топором и ка-а-а-ак… и тут все начинали визжать. — Запиши мои слова — попросил я — Про топор и чистоту. Мы не слишком гордимся нашим делом, но мы уважаем его. Запиши. Заглянув мне в глаза, сильга кивнула и взялась за перо. А я продолжил: — Кровь на топоре — да, бывает. Особенно если казнишь сразу нескольких. Но кровь — не грязь. И все мы против поругания над останками. Топить в нечистотах, насаживать останки тел на колья — сие придумано не нами! Не палачами! |