Онлайн книга «Эхо войны»
|
И вновь ответом была тишина. Грузный мужчина натужно сипел и делал все, что мог, чтобы не прекратить дышать. Но я уверен — он внимательно меня слушал. И потому я продолжил: — Когда Тимофеича убили, когда я вышел из запоя, когда пришел в себя, я начал искать виновных. С самого начала думал только на двоих — либо ты, либо Татарин. Только вы могли послать по душу Тимофеича свои бригады. Вы ведь давно догадывались, что не просто так ваши людишки исчезают. И знали, что люд Тимофеича уважает, прислушивается к его словам, а он ваше управление не жаловал, считал вас тупыми ублюдками, дорвавшимися до власти и ничего не делающими для простых доходяг. Я охотник, умею следы прочесть — даже на бетоне сухом, — умею и людей тихонько расспросить, не выказывая интереса вытащить из них все, что нужно узнать. Так что быстро я вышел знаешь на кого? На Урода. На Вадика Урода и его отморозков. Больше и думать было нечего — сразу стало ясно, что приказ отдал ты. Но я человек въедливый, люблю знать точно. Поэтому пришлось мне дать Уроду и его ребятишкам возможность забрать две баклажки самогона у одного доходяги, которого я подослал на их путь. Доходягу пнули раза три по лицу, выбили ему два зуба. Но я отблагодарил харчами и вещами, тот внакладе не остался. А вечерком Вадик Урод с толпой своей уселись под подъездным козырьком, развели костерок, шашлычок замутили, самогончик открыли. И через десять минут застыли как куклы — вот прямо как ты сейчас. Вино то непростым было. Я ведь охотник — знаю, чем зверье и растения богаты. И чтобы быть уверенным, расспросил я Урода неторопливо. Он мне и поведал губами непослушными и трясущимися, что он, мол, и не хотел Тимофеича трогать, что любил он старика любовью сыновьей, да только против приказа свыше не попрешь, а приказ был четким — найти и жестоко убить, втоптать в землю гниду старую ершистую. Вот они и втоптали… Следующим, что я у него спросил, было: «Кто приказал?» Опрокинув остатки коньяка, я встал, заглянул в глаза Пахана и поинтересовался: — Знаешь, что мне ответил Урод? А, Пахан? Не знаешь? Я тебе отвечу — Урод сказал: «Мне приказала Лика! Лика Маска приказала!» Это ведь дочь твоя ненаглядная, да, Пахан? — Ы-ы-ы-ы-ы-ы… — надрывно застонал бывший авторитет, заколыхался в кресле, из глаз его потекли слезы. Он хоть и жестокая тварь, но в первую очередь любящий отец, и он уже сердцем чувствовал, что именно я сейчас ему скажу. Я его не разочаровал. Наклонившись поближе, я воткнул торчащую в его шее иглу поглубже и кивнул: — Верно, после откровений Вадика Урода я обрушил на них козырек. Умерли они не сразу. Пришлось посидеть чуток, подождать, пока последний хрипеть перестанет. А затем я решил навестить твою дочурку. Суку эту злобную, что людей мучить обожала. Я отошел к подоконнику, налил себе еще коньяка. За моей спиной мучительно рыдал парализованный отец, выдавливая негромкое и жуткое: — Ы-ы-ы-ы-ы… Ы-ы-ы-ы-ы… Ы-ы-ы-ы-ы… — Ее я тоже расспросил, — рассказал я Пахану. — Узнал, что приказ исходил от тебя, а она уже передала дело Уроду. Ну а затем я скормил их заглотам. Помощниц и подруг твоей дочери — мертвыми отдал зверью. А вот Лику Маску — скормил заживо. Скажу честно, страдала она очень сильно. Мучилась до последнего вдоха. |