Книга Эхо войны, страница 47 – Руслан Михайлов

К полудню второго дня безделья я с крайней неохотой собрался, привычно вдел руки в лямки давно собранного рюкзака с самым необходимым и покинул свою уютную нору. Пора навестить ТЦ и отметиться перед охранниками. Тщательно замаскировав вход в убежище, я извилистыми загогулинами отошел на полкилометра в сторону и уже оттуда напрямую отправился к толкучке.

Новая одежда была в два раза толще и тяжелее старой, но я не жаловался. Приобретенная солидная защита от клыков и ножа стоила того, чтобы потерпеть пару лишних килограммов, давящих на плечи.

На воротах меня ждали. Стоило мне появиться, как один из охранников отпихнул с пути скрюченную бабку с туго набитой сумкой и быстро зашагал ко мне.

— Битум? Правильно?

— Ага, — несколько опешил я от столь мощного напора.

Терять время на приветствия охранник явно не собирался.

— Топай во внутренний двор, да поживее, — велел. — Тебя уже заждались.

— Понял, — кивнул я покладисто. — Считай, что я уже там.

— Я сейчас до трех посчитаю, и если за это время ты не испаришься в сторону внутреннего двора, то не обижайся, браток, — мрачно пообещал страж. — Мы тебя здесь с самого утра выглядываем. Пожрать отойти и то не сумел. Про отлить уже молчу.

— Все, — примирительно поднял я ладонь, шагая по направлению ко входу в здание ТЦ. — Я в движении.

У входа в резиденцию Бессадулина стояла пара незнакомых мужиков, и мне сразу полегчало. Встречаться с избитым Семеном и его вороватым напарником желания не было. В принципе этой встречи не избежать — городок у нас маленький, — но чем позже, тем лучше. Может, до того времени их уже сожрут пустынные твари или они загнутся от какой болячки…

— Я — Битум, — представился я. — Рашид Хасанович меня ждет.

— Битум?! — просветлел в лице один из охранников и махнул рукой в глубь темного коридора. — Бегом давай!

— А обыскивать не будете? — против воли вырвалось у меня. — И рюкзака не оставлять, что ли?

— Бегом! — рыкнул мужик, и, пожав плечами, я покорился.

Причину столь явного пренебрежения охранниками обязанностями я понял сразу же, как переступил через порог кабинета Бессадулина и уткнулся взглядом в направленные мне в живот автоматные дула. Просторный кабинет сейчас казался не больше собачьей конуры из-за едва вместившегося сюда десятка человек. Стоящие вдоль стен пятеро охранников с ТЦ, замерший в углу Седой, Бессадулин, сидящий за столом, и расположившиеся перед ним три чужака. Что это те самые русские, понятно сразу — хотя бы по отсутствию черного загара, прочно въевшегося в шкуры местных обитателей, и естественному цвету не выгоревших на солнце волос. Плюс знакомый мне камуфляж песчаной расцветки. В центре восседал воистину огромный кряжистый мужик, справа от него темноволосая девушка, а слева хлюпик с торчащей из воротника пятнистой футболки тощей шеей и очками на переносице. Живописная троица…

— Наконец-то! — недовольно рыкнул при виде меня Татарин. — Чего встал на пороге? Проходи и садись.

— Это и есть наш проводник? — гулко пророкотал похожий на скалу мужик, окидывая меня цепким взглядом.

— Он самый, Борис, — отозвался Бессадулин, и от удивления я невольно моргнул: уж очень вежливым был голос у всесильного хозяина ТЦ. Можно сказать, предупредительным. — Лучше его опасностей пустыни не знает никто.