Книга Мастер драгоценных артефактов 3, страница 72 – Александр Майерс, Олег Сапфир

Даже все деньги пересчитали, монету за монетой.

— Надеюсь, у вас тут нет закона, который позволяет конфисковать мои деньги? — пошутил я.

Охранники не отреагировали. Молча досчитали, молча записали что-то в журнал, молча отдали вещи.

— Свободны, ваша милость, — буркнул один.

Я вышел за ворота.

Что-то меня терзают смутные сомнения. С одной стороны — всё честно. Вещи вернули, деньги не забрали, даже не придрались ни к чему.

С другой — зачем им нужно было пересчитывать мои деньги? Теперь они точно знают, сколько у меня золота. И серебра. И меди тоже.

Знают, что я еду один. Могут проследить, в какую сторону.

В общем, всё понятно.

Я вскочил на Громилу и сразу пустил его галопом.

Скакал быстро, не оглядываясь. Дорога была пустынной — раннее утро, путников мало. Мимо проносились руины предместий, потом — поля, потом — редкий лесок.

Я гнал коня, и Громила старался. Но вскоре я понял — что-то не так.

Конь дышал хрипло, бока ходили ходуном, с морды капала пена. Он уже весь в мыле, хотя мы проехали не так уж много. Так быть не должно.

Громила — здоровый, выносливый конь, поэтому я его и выбрал. Он может скакать галопом несколько часов без остановки. А тут уже едва ноги переставляет.

Я остановился на обочине и спешился.

Осмотрел тяжело дышащего коня. Зрачки у него были странные — расширенные, мутные. Ноги подрагивают, и запах от пота какой-то неприятный.

Траванули, что ли?

Ну да, понятно. Пока меня обыскивали на воротах, коню что-то подмешали в воду или в корм. Специально, чтобы далеко не ускакал, а то и вовсе чтобы загнулся посреди дороги.

Умно. Конь падает, всадник остаётся один. Пешком далеко не уйдёшь. Тут-то его и догоняют.

Я достал из сумки исцеляющие кристаллы.

Сунул в рот коню и заставил проглотить. Подождал минуту. Громила дышал всё так же тяжело.

Ладно, второй кристалл. Третий.

На четвёртом бедолагу отпустило. Конь вздрогнул всем телом, мотнул головой. Глаза прояснились, дыхание выровнялось.

Ещё бы. Он получил прямо взрывную волну исцеления. Слона можно было бы на ноги поставить, не только коня.

Четыре кристалла — дорогое удовольствие. Но Громила того стоит.

Через десять минут конь пришёл в себя. Фыркнул, потряс гривой и посмотрел на меня вроде как с благодарностью.

— Ничего, дружище, — сказал я ему, потрепав по морде. — Бывает. Поехали.

Вскочил в седло и снова пустил галопом.

* * *

Скакал до самого вечера, то сбавляя ход, то снова ускоряясь.

Солнце уже клонилось к закату, когда я понял — пора делать привал.

Это не то чтобы обязательно, я мог бы ехать и в темноте. Но Громиле нужно прийти в себя после отравления. Да и мне не помешает отдохнуть — в городе толком не спал, всё время начеку.

Съехал с дороги и углубился в лес. Нашёл подходящее место — небольшая поляна, укрытая от посторонних глаз. Густые кусты вокруг, старый дуб посередине.

Огонь разводить не стал, не хочу привлекать внимание.

Укрыл Громилу попоной, привязал к дереву. Сам устроился у корней дуба, завернувшись в плащ.

Но перед этим расставил вокруг сторожевые нити и ещё кое-какие полезные штуки сделал, на всякий случай.

Закрыл глаза и задремал. Неплохо успел отдохнуть, когда вдруг нити дрогнули. И это, судя по ощущениям, была не случайная лисичка, а вполне себе двуногие ребята.

Я открыл глаза, но не шевельнулся. Лежал неподвижно, прислушиваясь.