Книга Бастард, страница 15 – Александр Майерс

Я не боюсь, что такие непринуждённые просьбы нанесут урон моей чести. Я ведь поискал информацию об Аникине. Репутация у него и правда неплохая, если не считать долгов. В целом, он хороший человек, просто плохой предприниматель.

— Знаете, барон мог бы обратиться за помощью в мой фонд, — говорит один из гостей.

— Что за фонд?

— Мы занимаемся инвестициями. Можем изучить ситуацию его благородия и, если это будет рентабельно, то закроем долги и вложимся в бизнес.

— Благодарю, — вежливо киваю. — Я передам барону ваше предложение.

Собственно, делаю это сразу же. Пусть Аникин не переживает и видит, что я держу слово. Отхожу в сторонку и отправляю ему голосовое сообщение, следом скидываю название фонда и контакты тех, кто заинтересовался покупкой имущества.

У меня в телефонной книжке тоже прибавилось номеров. Я познакомился с директором успешной юридической фирмы, владельцем охранного агентства и другими полезными людьми.

Пока не знаю, чем сам хочу заниматься. Но подобные знакомства лишними не бывают.

В отличие от других членов семьи Грозиных, я не могу во всём полагаться на ресурсы Династии. Мне нужны свои связи, свой авторитет и свои люди. По-другому не получится пробиться.

Не успеваю убрать телефон в карман, как на плечо мне вдруг падает тяжёлая рука. Оборачиваюсь и сталкиваюсь с острым взглядом карих глаз.

Передо мной высокий, широкоплечий мужчина со строгими чертами лица. Гладко выбрит и безупречно одет. Его костюм явно сшит на заказ, и стоит, наверное, дороже маминой машины.

— Ты что здесь делаешь? — цедит мужчина.

— Здравствуйте, дядя, — я мягко убираю его руку с плеча. — Рад видеть.

— А я тебя нет, — отвечает Юрий, старший сын князя и наследник титула.

— Жаль. Потому что мы будем видеться чаще.

— Да ладно. Скажи, как у тебя вообще хватило наглости припереться?

— Не понимаю, о чём вы. Я княжич, внук именинника. У меня есть полное право находиться здесь.

— Официально — может быть.

Юрий делает шаг и оказывается ко мне вплотную. Пронзает взглядом, но я не отвожу глаз. Даже улыбаюсь.

— Но по факту ты здесь на хрен не обосрался, — продолжает он, понизив голос. — Ты позоришь фамилию тем, что осмелился прийти.

— Зачем так грубо, дядя?

— Как ещё с тобой разговаривать? Ты же ублюдок. Сын непонятно кого. Радуйся, что вообще дышишь. На месте отца я бы ещё в младенчестве тебя прикончил.

От злости у меня на миг перехватывает дыхание. Кулаки невольно сжимаются, а улыбка с лица пропадает. Продолжая смотреть Юрию в глаза, говорю:

— А вот за такие слова я могу вызвать вас на дуэль, — в моём голосе столько металла, что на этой дуэли нам даже не понадобятся шпаги.

Дядя хохочет мне в лицо и переспрашивает:

— Что ты сейчас сказал?

— У вас проблемы со слухом? Могу повторить. Громче. Чтобы все услышали.

— Смешной. Ты как вообще, соображаешь, с кем разговариваешь?

— Конечно. Так мы сделаем вид, что ничего не было, или испортим праздник семейной дуэлью?

Юрий с ухмылкой качает головой.

— Ну ты и клоун, конечно, — говорит он. — Значит, так. Сейчас находишь свою мать, она берёт тебя под руку, и вы спокойно уходите. Понятно, да? А если вздумаешь спровоцировать скандал, я тебе такие проблемы устрою, мало не покажется.

— Пока только вы здесь провоцируете.

— Пятнадцать минут. Не уберёшься — пеняй на себя.