Книга Бастард, страница 47 – Александр Майерс

Делаю стремительный выпад. Жаров уклоняется и тут же атакует. Я едва успеваю парировать. Чувствую, как металл скользит по моему рукаву.

Расходимся. Бросаю взгляд на руку. Чисто. Похоже, что клинок задел меня плашмя.

Андрей играет шпагой, пытаясь запутать меня. Я ловлю его движения, анализируя каждое. Ошибиться — значит всё потерять. Деньги, честь, будущее.

Так ли всё серьёзно? Да, именно так. Я поднял голову, показал себя. И если проиграю сейчас, это будет крах.

Жаров бьёт под неожиданным углом. Отражаю удар. Наступаю, заставляя Андрея пятиться. Рискую, вкладывая все силы в этот натиск.

Клинки мелькают с огромной скоростью. Каждый выпад, каждый блок усиливает этот вихрь стали. Продолжаю атаку, прижимая Андрея к границе дуэльного поля.

Его следующий удар ожидаем, но от этого не менее опасен. Я переношу вес на заднюю ногу и отклоняюсь вбок, а затем стремительно атакую. Моя шпага пронзает лишь воздух. Андрей отпрыгивает в сторону и перехватывает инициативу.

Остриё чуть не вонзается мне в грудь. Клинки встречаются со звоном, который застревает в ушах.

Удар был сильным, а блок — неловким. Моё запястье немеет. Пытаюсь разорвать дистанцию, но Жаров преследует меня, точно хищник. Его взгляд кровожадно пылает. На губах играет злобный оскал.

Усталость подкрадывается незаметно. Воздух обжигает пересохшее горло, всё тело мокрое. Андрей тоже теряет силы. Вижу его тяжелое дыхание и каждую каплю пота на лбу.

Но никто из нас не собирается сдаваться.

Осознание этого вдруг прибавляет мне энергии. Жажда победы охватывает с новой силой.

Даже смеюсь, чем на мгновение обескураживаю Жарова. Снова иду в атаку, с окончательной решимостью выиграть.

Шпаги скрещиваются, выбивая искры. Я чувствую, что схватка входит в финальную стадию. Наступаю осторожно, готовя решающий удар.

Резкий выпад, быстрое возвращение. Андрей вкладывает все силы в очередную атаку. Я отхожу, заставляя его провалиться вперёд. Мои ноги скользят, как во время танца. Чувствую, что победа почти в руках.

Новый выпад, резкий и неожиданный. Андрей меняется в лице. Вижу, как он понимает, что не успеет увернуться или отразить удар.

И, понимая это, просто бьёт в ответ.

Клинки мелькают, не задевая друг друга. Чувствую острую вспышку в районе груди. В глазах на миг темнеет, и сквозь биение пульса в ушах я слышу возглас:

— Стоп!

Секунданты тут же бросаются нас разнимать. Смахиваю пот с лица и смотрю на Жарова. Я пронзил ему плечо. Рукав Андрея стремительно багровеет.

Только затем опускаю взгляд на себя. Остриё чиркнуло меня по рёбрам, и кровь тоже вытекает из раны.

— Врача сюда! — восклицает Николай и хмуро смотрит на нас. — Мой дуэлянт был первым. Или вы хотите оспорить?

— Не хочу, — отвечает Виктор.

— Но я был первым, — твёрдо смотрю ему в глаза.

— Спокойствие, ваше сиятельство. Нам нет нужды ничего оспаривать, будем опираться на факты. Взгляните все.

Николай снимает с груди крохотную камеру-прищепку, которая почти незаметна на его кожаной куртке. Да что там, совсем незаметна. Я только сейчас её увидел.

Андрей опять меняется в лице, как и его секундант.

— Это… это… — тянет Николай.

— Полностью законно, — заканчивает за него Виктор.

— Вы не указали в протоколе, что намерены снимать поединок!

— А разве есть необходимость? Кодекс позволяет съёмку, если не оговорен запрет на неё. Сейчас посмотрим видео и определим исход. Александр, расстегните рубашку. А-а, пустяки. Царапина. Держите.