Книга Бастард, страница 92 – Александр Майерс

— Ну и что?

— Вдруг он простолюдин!

— Сомневаюсь, — говорит Григорий. — Даже если так, это уже неважно. Я признал Александра, он мой внук. Не будем повторять спор многолетней давности. И вообще, речь не об этом.

— Я не пыталась его убить, — вскинув подбородок, заявляет графиня. — Это ложь!

— Ты обвиняешь меня во лжи? — с нарастающей угрозой в голосе спрашивает князь.

— Вас обоих! Его в первую очередь! — Белозерская тычет в меня пальцем. — Он придумал невесть что и запудрил тебе мозги!

— Запудрил мозги? Мне? Зина, ты соображаешь, с кем говоришь?

Точно, у графини же имя есть. Зинаида. Про себя я как-то привык называть её по титулу или фамилии. Может, потому, что мы раньше никогда не виделись.

— Слушай внимательно, — продолжает князь. Каждое его слово, как удар молота. — У меня есть доказательства. Улики, факты и свидетели. Если я открою дело, твой род будет уничтожен. Ты слушаешь?

— Я слышу только мерзкие угрозы, — Белозерская передёргивает плечами.

— Тогда ты слышишь правильно. Ведь я как раз тебе угрожаю! Я заберу твой бизнес, лишу тебя титула и репутации. Домой ты отсюда не уедешь. Мои люди задержат тебя и будут допрашивать, пока ты не сознаешься в преступлении. А потом — я заберу у тебя всё.

От этой речи веет таким жутким холодом, что у меня волосы встают дыбом по всему телу. Не знаю, как графиня, а вот я ни капли не сомневаюсь в том, что дедушка готов всё это сделать.

— Я понятно объяснил? — уточняет князь.

— Ты не посмеешь так со мной поступить, — с трудом выговаривает Зинаида.

— Это шутка? Ты посмела покуситься на жизнь моего внука, а я не посмею тебя разорить?

— Ты не посмеешь, потому что тогда всё будет обнародовано. Весь мир узнает детали о делах наших семей.

Графиня явно на что-то намекает, но я не знаю, на что. Видимо, какая-то щекотливая информация, известная только ей и деду.

Зато ясно, что покушение она уже не отрицает.

— Ты думаешь, тебе поверят? — равнодушно спрашивает князь. — Да и кто сказал, что я позволю тебе говорить публично?

Он жмёт кнопку на столе. Через пару секунд в дверь бесшумно просачивается официант. Григорий Михайлович смотрит на часы:

— Через полторы минуты, ровно в два часа, пусть зайдёт моя охрана. Передай приказ: задержать графиню и увезти на допрос. Поднять первую гвардейскую роту, пусть готовятся к захвату поместья Белозерских. Также передай, пусть вызовут адвоката по уголовным делам. Мне надо написать заявление.

Официант молча кланяется и выходит.

Графиня бледнеет и двумя руками хватается за столешницу. Такое чувство, что она едва не рухнула в обморок.

— Теперь ты поняла, что я серьёзно? — спрашивает князь. — Слушай дальше. Я могу отменить приказ. Потому что мой внук хочет поступить благородно и призывает меня проявить милосердие. Но у него есть условия. Александр?

Я подаюсь чуть вперёд, ловлю паникующий взгляд Белозерской и говорю:

— Условия простые. Я отказываюсь от наследства, но хочу сохранить право выкупа доли в Цитате в течение пяти лет. По цене, которая действительна на сегодняшний день.

Замолкаю и жду реакции. Зинаида хлопает глазами и восклицает:

— Это всё⁈

— Да, это всё.

— В чём подвох?

— В цене акций, которую мы закрепим в договоре. Даже если через два года они будут стоить в десять раз дороже, я выкуплю их по сегодняшней цене.