Книга Наследник, страница 35 – Александр Майерс

Есть, к чему стремиться. Еда из доставки, которую мы обычно едим с мамой, и рядом не стояла с подобными блюдами.

Когда заканчиваем ужинать, я говорю:

— Спасибо, ваше сиятельство. Передавайте мою благодарность повару.

Григорий Михайлович сдержанно кивает и указывает на кресла возле камина:

— Давай пересядем.

Перемещаемся в кресла у огня. Князь достаёт сигару и с наслаждением, прикрыв глаза, втягивает её запах.

— Врачи запретили курить, — объясняет он. — Лишили меня удовольствия. Но думаю, я всё равно сорвусь. Какой смысл в жизни, если запрещаешь себе то, что любишь? Всё равно мне недолго осталось.

— Не говорите так, ваше сиятельство. Операция ведь хорошо прошла, вы можете прожить ещё долго.

— Может быть. А может быть, и нет. Ладно, сейчас не обо мне, — дедушка откладывает сигару. — Итак, ты одержал решительную победу в этой короткой войне. Поздравляю. Ты показал себя, как истинный Грозин.

— Некоторые считают, что я перешёл границы, — пожимаю плечами.

— Потому что лично прострелил башку этому выродку? Я тебя умоляю. Зато теперь другие сто раз подумают, прежде чем выступить против тебя.

— Озвучиваете мои мысли, ваше сиятельство. Именно поэтому я так и поступил, хотя мог бы просто принять его сдачу.

— Перед смертью он сдался? — фыркает князь. — Ничего удивительного. Какое-то ничтожество без роду и племени, непонятно как ставшее дворянином.

— Его мать была из баронской семьи. Но я должен рассказать вам о нём ещё кое-что.

Григорий Михайлович вяло шевелит рукой — мол, рассказывай. Выдержав небольшую паузу, я говорю:

— Старцев был связан сразу с двумя княжескими родами. Во-первых, перед смертью он признался, что в борьбе против меня ему помогала Виктория Черепова. Во-вторых, он был бастардом прошлого князя Жарова и, значит, сводным братом нынешнего.

Воцаряется тишина. Дедушка задумчиво глядит в огонь, затем снова берёт сигару и нюхает её.

— Ты уверен в этой информации?

— Да, ваше сиятельство. О происхождении Старцева мне рассказал союзник, а сегодня в школе ко мне подходил Андрей Жаров. По его намёкам стало понятно, что Жаровы злы на меня за убийство родича и, возможно, собираются мстить.

— Они не посмеют. Но я в любом случае поговорю с Ильёй об этом.

— Не стоит, ваше сиятельство, — отказываюсь я.

— Если они вздумали тебе угрожать, то я не могу оставить это просто так, — железным тоном говорит князь. — Хватит с меня. Как только ты поднял голову и начал действовать, тебя постоянно пытаются задавить. Ты справлялся сам, поэтому я терпел. Довольно! Неужели все вокруг стали думать, что можно безнаказанно атаковать того, кто носит фамилию Грозин⁈

Его голос начинает греметь, как внезапный гром. Отбросив сигару на столик, Григорий хлопает ладонью по подлокотнику и говорит:

— Ты уничтожил врага и тем самым доказал свою силу. Показал, что ты один из нас. Настала пора объявить это официально. Я изменил своё решение, Александр — вы с матерью будете приняты в род на следующей неделе, и тогда же я объявлю тебя наследником.

Я не удивлён. Знал, что это всё равно случится. Но то, что это произойдёт так скоро, заставляет мою кожу покрыться мурашками.

Быстрее, чем я думал. Уже на следующей неделе я перестану быть изгоем и бастардом. Я стану членом рода Грозиных и наследником титула князя. Всего через несколько дней.