Книга Лекарь из Пустоты. Книга 3, страница 1 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

Сердцебиение учащённое. Дыхание — поверхностное, прерывистое. Температура тела повышенная. Никакой реакции на внешние факторы.

Центральная нервная система сильно угнетена. Острая вегетативная дисфункция. И ещё целый комплекс диагнозов, каждый из которых — опасен.

Но причина в одном. В проклятии, которое пожирает мою сестру изнутри.

— Она умирает, — повторил Дмитрий.

Его лицо стало бледным, как у призрака. В глазах плескался целый океан страха и беспомощности. Он использовал все свои силы, чтобы поддержать в дочери жизнь, но понимал, что проигрывает эту борьбу.

— Держись, — сказал я.

— Ты это мне или ей? — Дмитрий коротко взглянул на меня.

— Света нас не слышит, — ответил я и закрыл глаза.

Её аура содрогалась, стянутая чёрной проволокой проклятия. Я видел его — чёрные, как ночь, нити, сплетённые в смертоносный узор вокруг её жизненного ядра. Проклятие работало как токсин, стремительно проникая во все слои ауры.

У меня не осталось времени на ювелирную работу. Света угасала с каждым вдохом. Я призвал Пустоту в виде множества тончайших, острых как бритва, лезвий. Мне нужно не просто стереть проклятие, а вырезать его, не задев тонкую ткань уже повреждённой ауры сестры.

Предстоит балансировать, будто идя по тонкой верёвке над пропастью. Хотя больше это похоже на разминирование с завязанными глазами.

Мир вокруг перестал существовать. Остались только я, дрожащая аура моей сестры и чёрный узор, который нужно было уничтожить.

Я начал с периферии, с самых тонких щупалец. Пустота касалась их, и они исчезали. Но с каждым уничтоженным фрагментом проклятие в центре сжималось, становясь плотнее, ядовитее. Оно отчаянно сопротивлялось.

«Тебе помочь? Давай помогу! Что делать?» — метался внутри меня Шёпот.

«Не лезь», — коротко ответил я.

Приятно, что мой дух стремится прийти на выручку. Но сейчас он бесполезен. Он не умеет работать так тонко, как я.

Пот стекал по моему лицу, всё внутри дрожало от напряжения. Я слышал прерывистое дыхание Дмитрия рядом, чувствовал его заклинание. Он вливал в Свету последние крохи своей маны, пытаясь сохранить пламя жизни.

Главный узел проклятия был похож на пульсирующую звезду. Он излучал волны тошнотворной, холодной энергии, от которой даже Пустота, казалось, слегка отшатывалась.

Здесь нельзя ошибиться. Я собрал все лезвия в один, идеально сфокусированный луч. И вонзил его прямо в центр.

Боль. Не физическая. Душевная, отчаянная боль самой Светы, смешанная с яростью проклятия, ударила мне в сознание. Я едва не потерял концентрацию. Но я сжал зубы и надавил.

«Исчезни. Я прерываю твоё существование здесь и сейчас!»

Чёрная звезда вспыхнула на миг ослепительным светом, будто пытаясь выжечь мне душу, и растворилась в Пустоте. Остатки энергии тут же ринулись внутрь меня, и я вздрогнул от количества поглощённой за раз силы. Последние чёрные нити истлели, словно паутина в огне.

Я отнял руки от сестры и едва не рухнул на пол. Голова гудела, перед глазами стояли разноцветные пятна. Но я заставил себя сфокусироваться на Свете.

Она лежала неподвижно, но страшная синева с её губ уже сошла. Дыхание из хриплого и поверхностного стало глубоким, пусть и слабым. Тахикардия исчезла.