Книга Лекарь из Пустоты. Книга 3, страница 21 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Я взялся за дело немедленно. Информации об аурах в интернете оказалось много, но вся она оказывалась либо поверхностной, либо запредельно сложной и разрозненной.

Пока что я решил составить для себя список: выписывал термины, имена исследователей, названия трудов. И пока занимался этим, то в памяти всплывали знания, полученные прошлым Юрием.

Я вспомнил, что аура — динамичная структура, состоящая из множества слоёв. Что её плотность и цвет могут говорить о здоровье, силе дара и даже эмоциональном состоянии. Что существуют редкие дисциплины — ауральная диагностика и, в теории, ауральная хирургия, но последняя считается крайне рискованной и полузапретной.

В какой-то момент мне пришла идея поговорить с бывшим преподавателем из Академии, Арсением Петровичем, который вёл у нас курс по энергетическим структурам.

Я отыскал его контакты, позвонил.

— Здравствуйте! — ответ раздался, не прошло и одного гудка.

— Здравствуйте, Арсений Петрович. Это Юрий… — начал я.

— К сожалению, я не могу вам ответить, поскольку нахожусь в экспедиции на Урале. Пожалуйста, оставьте сообщение. Я вернусь в Новосибирск в конце месяца, — продолжил голос.

Всё понятно, это автоответчик. Что ж, не страшно. Поговорю с Арсением Петровичем, когда он вернётся, а пока что поищу информацию сам.

Кроме интернета, стоит порыться в семейной библиотеке. А также воспользоваться библиотекой при Академии и обратиться в архив Гильдии Целителей…

Я уже заканчивал делать предварительные заметки, когда в дверь настойчиво постучали.

Блин, просил же не беспокоить.

— Кто там? — спросил я.

— Это… Лев Бачурин, барон. Мне нужно с вами поговорить. Это важно.

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

Я велел Льву войти ко мне в комнату. Через пятнадцать минут раздался стук. Бачурин стоял на пороге, переминаясь с ноги на ногу. В руках он сжимал свой потрёпанный блокнот. Его лицо, обычно отрешённое, сейчас выражало смесь решимости и тревоги.

— Входи, — сказал я, отступая и давая ему пройти.

Он шагнул внутрь, оглядев комнату беспокойным взглядом, будто боялся свидетелей.

— Барон, мне нужно поговорить с вами наедине. Это касается «Бодреца», — сказал он.

— Говори, — пожал плечами я.

Бачурин сел на краешек стула, положил блокнот на колени и произнёс, не поднимая глаз:

— Я работал с основой эликсира.

Это прозвучало как признание. Собственно, так оно и было. Потому что Лев, вообще-то, не должен пытаться что-то делать с основой.

— Продолжай, — кивнул я, решив пока не делать никаких выводов.

— Ну, я… Проверял стабильность, искал точки, где можно улучшить выход энергии, снизить себестоимость. И… понял примерный рецепт.

В комнате воцарилась звенящая тишина. По моей спине пробежал холодок. Рецепт «Бодреца» — наш родовой секрет, тот стержень, на котором держится всё финансовое возрождение рода. И этот человек раскрыл его.

— Понятно. И что теперь? Пришёл торговаться? — поинтересовался я.

Бачурин резко поднял голову, и в его глазах вспыхнуло что-то, донельзя похожее на оскорблённую гордость.

— Нет, конечно! Мне просто стало интересно разобраться… Ну, и разобрался. Но решил сразу рассказать об этом вам, чтобы не было недомолвок. И чтобы предложить гарантии! — с жаром добавил он.

Лев распахнул блокнот, быстрыми движениями вырвал несколько исписанных листов и протянул их мне.