Книга Лекарь из Пустоты. Книга 6, страница 5 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

— Расслабьтесь и не сопротивляйтесь. Мы будем изучать вашу ауру слой за слоем. Это может быть неприятно, — пояснила Морозова.

— Приступайте, — ответил я.

Неприятно — это ещё было мягко сказано. Я чувствовал, как они копаются в моей ауре, и это было всё равно, как если бы кто-то щупал мои внутренние органы. Даже хуже.

Они копали глубоко, методично и безжалостно. Изучали каждый слой моей ауры, каждую структуру, каждый канал. Я стоял неподвижно, контролируя дыхание. Не показывал этого внешне, но внутри всё сжималось от напряжения. Если они найдут Пустоту…

Минуты тянулись как часы.

Наконец магистры отступили. Переглянулись.

— Интересно, — пробормотал Виктор Семёнович.

— Обнаружили что-нибудь? — невозмутимо спросил я.

Морозова склонила голову набок и ответила вместо москвича:

— Ваш целительский дар довольно необычен. Структура нетипичная. Каналы расширены, энергетические узлы усилены. Такое бывает у целителей с врождёнными мутациями или… после серьёзных травм.

— Я пережил клиническую смерть в прошлом году, — пояснил я.

— Это могло повлиять, — согласился Бархатов.

— У нас есть записи из Академии о вашем даре на момент поступления. Сравним, — пробурчал Ларионов.

Он взял со стола свою папку, пролистал несколько листов и провёл пальцами по строчкам, а затем показал документ остальным.

— Тогда дар был значительно слабее, — нахмурилась Морозова, просмотрев записи.

— Это необычно. Такой рост невозможен без внешнего вмешательства, — Ларионов посмотрел на меня исподлобья.

— Или возможен после клинической смерти, — возразил я.

— Сказки, — фыркнул Виктор Семёнович.

— Если вы не знаете, магистр, такие случаи описаны в монографиях признанных целителей. В том числе князя Бархатова. Мой дар трансформировался после того случая, и я сам не до конца понимаю механизм. Но с тех пор мои способности усиливаются, и я могу заверить комиссию, что не использовал для этого никаких запрещённых практик, — пояснил я.

Магистры снова переглянулись.

— Следов тёмной магии мы не обнаружили, — признала Морозова.

— Что ж. Комиссия не нашла доказательств использования тёмной магии. Полагаю, граф Серебров оправдан, — объявил патриарх.

— Благодарю комиссию за объективность, — сдержанно произнёс я.

— Мы просто сделали свою работу, граф. Примите мои извинения за неудобства, — сказала Елена Павловна.

— И теперь у нас есть вопросы к жалобщикам, — заметил Ларионов.

Бархатов кивнул:

— Верно. Их обследовали и нашли следы тёмной магии в аурах. Но если граф Серебров не использовал тёмную магию — откуда эти следы? Либо они лгут, либо кто-то намеренно обработал их ауры, чтобы подставить тебя.

— Ложный донос — серьёзное преступление. Мы передадим материалы в прокуратуру, — добавила Морозова.

Я кивнул. Белозёров просчитался. Те, кого он подкупил или запугал, скоро окажутся под следствием. И, возможно, выведут на него самого.

— Твоя лицензия будет восстановлена сегодня же, Юрий. Прости, что был вынужден сомневаться в тебе, — произнёс Михаил Андреевич, слегка склонив голову.

— Благодарю, ваша светлость, — я кивнул в ответ.

Вышел из зала, чувствуя, как напряжение последних дней медленно отпускает. Получилось. Я прошёл проверку.

Но это только одна битва. Война с Белозёровым продолжается и, похоже, становится всё напряжённее.