Книга Лекарь из Пустоты. Книга 6, страница 8 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Бархатов некоторое время молча смотрел на меня, словно собираясь с мыслями. Потом с нажимом произнёс:

— Юра, я просил тебя не выносить грязь на публику. Ты поднял вопрос о субсидиях, и я пообещал разобраться. Разобраться тихо, без скандалов. А ты что сделал?

— Я защищаюсь, ваша светлость, — твёрдо повторил я.

— Ты слил компромат в прокуратуру! Теперь вся страна обсуждает, как целители воруют государственные деньги. Это удар по репутации Гильдии!

— Репутация Гильдии пострадала бы ещё сильнее, если бы Ельцов продолжал воровать. Рано или поздно это всплыло бы. Лучше сейчас, когда можно контролировать ситуацию, — спокойно ответил я.

Михаил Андреевич невесело усмехнулся.

— Ты называешь это контролем? Журналисты теперь начнут рыть под каждого целителя в стране. Если найдут ещё кого-то…

— Значит, найдут вора. И это хорошо, — развёл руками я.

Бархатов стукнул ладонью по столу.

— Ты не понимаешь! Гильдия — это система. Сложная и, быть может, несовершенная, но работающая. Если начать выдёргивать из неё людей одного за другим — она развалится.

— Если в системе сидят воры — она и должна развалиться.

— Легко говорить, когда ты не несёшь ответственности за всю отрасль! — Бархатов залпом допил вино.

Возможно, если бы я стоял во главе гильдии, то не допустил бы подобного. Но говорить это вслух, само собой, не стоило. Да и к тому же я прекрасно понимал князя — управлять таким количеством людей и ломать систему, выстроенную десятилетиями, сложно.

А коррумпированные подопечные — удобны. Ими можно легко манипулировать.

В общем, политика грязное дело. Вот только я не собираюсь смешивать имя Серебровых с грязью.

— Ваша светлость, давайте начистоту. Вы прекрасно знаете, кто виноват в случившемся. Белозёров хочет, чтобы я тоже воровал субсидии. Вот только я ему отказал, и поэтому он начал давить на меня, мешать моему бизнесу и пытаться очернить репутацию. А теперь и вовсе попытался отобрать лицензию через подставных жалобщиков и впутал в это вас. Да, я бью в ответ, и буду продолжать, пока он не остановится. Поэтому мне непонятно, почему вы решили прижать именно меня.

— Я никого не прижимаю. Я пытаюсь…

— Позвольте договорить, — я чуть повысил голос. — Вы решили отчитать именно меня, потому что считаете слабее Белозёрова? Полагаете, что на молодого провинциального графа проще надавить, чем на старого скользкого угря, который изворачивается и проскальзывает между пальцами?

Бархатов открыл рот, чтобы возразить, но я не дал ему вставить слово.

— Вы ошиблись, князь. Да, я не слизняк, который ускользает, как Белозёров. Мои методы намного прямее. Но из нас двоих вы решили надавить не на того, — твёрдо заявил я.

В кабинете повисла тишина. Бархатов смотрел на меня слегка растерянно, но в то же время с уважением.

— Ты понимаешь, с кем разговариваешь? — наконец, спросил он, и в голосе звучало искреннее удивление.

— Прекрасно понимаю. С патриархом Гильдии целителей, одним из влиятельнейших людей империи. Но это не меняет сути дела.

— И какова же суть? — князь сложил пальцы домиком.

Я подался вперёд.

— Суть в том, что не я начинаю конфликты, в которых вы меня обвиняете. Но я их заканчиваю. Белозёров объявил мне войну — не я ему. Он пытается уничтожить мой бизнес и мою репутацию. И я буду защищаться любыми доступными средствами.