Книга Лекарь из Пустоты. Книга 7, страница 43 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Я и мои ребята переночевали в уже излюбленной мной «Астории», а утром у меня была назначена встреча с артефактором.

Мастер Савелий Игнатьевич Громов считался одним из лучших в империи. Он работал с редкими материалами, создавал уникальные изделия и консультировал даже императорский двор. Записаться к нему на приём было непросто, но имя графа Сереброва, как выяснилось, уже было способно открывать многие двери.

Мастерская располагалась в старом здании на Васильевском острове. Я оставил Шрама у входа и поднялся на третий этаж.

Громов оказался пожилым мужчиной с седой бородой и цепким взглядом. Его руки, покрытые старыми ожогами и шрамами, выдавали многолетний опыт работы с опасными материалами.

Артефактор пожал мне руку и указал на потёртое бордовое кресло. Судя по виду — антикварное.

— Добро пожаловать, ваше сиятельство. Наслышан о вас. Чем могу помочь? — спросил Савелий Игнатьевич, садясь напротив.

Я достал из сумки Железный кулак и поставил на столик между нами. Тёмный металл слабо мерцал в свете ламп.

— Мне нужна ваша консультация по этому изделию, — сказал я.

Громов взял артефакт и несколько минут изучал его, поворачивая под разными углами. Потом достал какие-то инструменты — лупу с магическим усилением, тонкие щупы, небольшой кристалл-анализатор.

Он потыкал в Железный кулак щупами, посмотрел на мерцание кристалла. Несколько раз щёлкнул по артефакту пальцами, прислушываясь к звуку, который он издаёт.

— Очень интересно. Где вы это достали? — спросил он.

— На аукционе в Италии. Он сделан из метеорита, который упал семьсот лет назад где-то в Мексике, — ответил я.

— А-а, я так и подумал, что это тот материал… Вам повезло, граф. Такие вещи редко попадают в продажу, — слегка завистливо произнёс Савелий Игнатьевич.

Он положил артефакт на стол и посмотрел на меня.

— Что именно вы хотите знать?

— Можно ли переплавить этот металл или перенести зачарование на другой предмет? — спросил я.

Громов, ни секунды не сомневаясь, покачал головой.

— Боюсь, что нет. Это метеоритное железо с уникальной кристаллической решёткой. При попытке переплавки структура разрушается, и металл теряет все свои свойства.

— А зачарование?

— То же самое. Оно вплетено в саму структуру металла на молекулярном уровне. Невозможно отделить одно от другого без полного уничтожения обоих. Судя по стилю работы и типу зачарования, артефакту не меньше пятисот лет. Возможно, больше. Технология, которую использовал мастер, давно утрачена, и я не знаю никого в современном мире, кто мог бы создать нечто подобное, — подробно ответил артефактор.

Вот как. Ну, честно говоря, этого следовало ожидать. Не зря артефакты из того метеорита так редки и стоят баснословных денег.

Я забрал артефакт и спрятал обратно в сумку.

— Благодарю за консультацию, мастер. Сколько я вам должен?

— Бросьте, граф, вы ничего не должны. Будем считать, что мы помогли друг другу. Не каждый день удаётся подержать в руках такую редкость, — улыбнулся Громов.

— В таком случае, ещё раз спасибо. Если понадобятся эликсиры или какие-то алхимические реагенты — обращайтесь, — произнёс я, вставая.

— Буду иметь в виду, — кивнул мастер, и мы попрощались.

По пути в гостиницу я сразу связался с Васей.

— Слушаю, ваше сиятельство, — ответил тот.