Книга Лекарь из Пустоты. Книга 7, страница 46 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Дюваль подошёл и обнял меня, как старого друга.

— Взаимно, ваше сиятельство, взаимно! Вы голодны? Жюли испекла круассаны к вашему приезду, — Фредерик указал на служанку, а та с улыбкой кивнула и жестом пригласила нас на кухню.

— Нам пойти с вами? — уточнил Шрам, который немного понимал по-английски.

— Идём, раз приглашают, — пожал плечами я.

Вообще-то я слышал, что во Франции крайне щепетильно относятся к отношениям между простолюдинами и аристократами. Якобы многие дворяне испытывают презрение ко всем, кто ниже их по рангу, и оскорбляются, даже если простолюдин посмеет обратиться к ним или посмотреть в глаза.

Но, возможно, слухи всё преувеличивали, или просто магистр Дюваль не относился к таким снобам.

Мы позавтракали свежей восхитительной выпечкой с маслом и джемом, выпили кофе. В доме магистра он оказался вполне терпимым, но я всё равно остался при своём мнении — готовить кофе во Франции не умеют. Уж не знаю, в чём здесь причина.

Мои ребята остались в столовой, а мы с Дювалем отправились в его кабинет на втором этаже. Фредерик усадил меня в кресло и активировал диагностическое заклинание.

Он изучал мою ауру, качая головой и цокая языком, будто видел что-то очень любопытное.

— Так-так… Невероятно. Структура и правда ни капельки не ослабла. Даже более того, мне кажется, она стала сильнее!

— Я же вам говорил, что усиливал её с помощью своей маны, — кивнул я.

— Да, но… Граф, знаете, что вы сделали? — Дюваль посмотрел на меня.

— Что?

— Вы полностью интегрировали моё плетение в свою ауру.

— Что вы имеете в виду? — уточнил я.

— Плетение, которое я создал, было внешним элементом. Оно работало с вашей аурой, но не являлось её частью. А теперь оно почти полностью вросло в вашу энергетическую структуру! Поразительно! — магистр всплеснул руками.

Честно говоря, я так и думал. Но оценить самому было сложно, а взгляд со стороны подтвердил, что плетение и правда стало со мной единым целым. Это объясняло, почему оно работало всё лучше с каждым месяцем.

— Покажите, как вы направляете энергию, — попросил Дюваль.

Я сосредоточился и отправил поток маны в структуру плетения. Фредерик внимательно наблюдал, беззвучно шевеля губами, а затем покачал головой и прошептал:

— Восхитительно. Вы делаете это интуитивно, но совершенно правильно. Знаете, в чём разница между талантливым целителем и гениальным?

— В чём? — спросил я.

— Талантливый учится техникам. Гениальный создаёт их сам, даже не осознавая этого, — улыбнулся магистр.

— Спасибо за комплимент, — улыбнулся я в ответ.

— Что вы, граф! Это не комплимент, а констатация факта. Что ж, а теперь как насчёт продолжить наше обучение? Я бы показал кое-какие тонкости, которые сам ещё не до конца освоил. Может, вместе мы придумаем, как сделать их лучше!

— С радостью, — кивнул я.

Следующие несколько часов мы упражнялись. Дюваль показывал мне продвинутые техники энергетического плетения, а я внимательно следил за тем, что он делает, и повторял, следуя указаниям.

Фредерик сначала убедился, что я хорошо помню основы, а затем принялся объяснять принципы, которые сам постиг на практике. Как создавать плетения разного типа, создавать узлы и закольцованные структуры — всё это было одновременно и творчество, и что-то вроде магической инженерии. Мы творили узоры из энергии, которые должны быть выверены до мелочей и работать безупречно.