Книга Лекарь из Пустоты. Книга 8, страница 123 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Новосибирск слишком быстро превращался из далёкой сибирской провинции в место, где сходились деньги и интересы десятков влиятельных родов. А значит, должность князя Новосибирского становилась куда важнее, чем ещё год назад.

— Итак? Кто что делает? — спросил Фёдор Михайлович, глядя на советника.

Александр Лапин поправил очки и разложил на столе несколько папок. Семь, по количеству великих князей в Российской империи. Никто из них, в отличие от обычных аристократов, не мог передать свой титул потомкам — великих князей назначал лично император.

И если кто-то уходил, умирал или император вдруг решал, что человек не справляется, место освобождалось.

Формально оставшиеся великие князья советовали короне, кого выбрать на свободное место. Фактически — каждый старался расширить собственную сферу влияния.

Лапин снова поправил очки и начал:

— Князь Барятинский продвигает графа Кутайсова. Старый род, хорошие связи в армии, но в Сибири его почти не знают. Если Кутайсова назначат, Барятинский получит контроль над военными поставками и частью гарнизонов.

— Опасно, но предсказуемо, — скучающим тоном произнёс Корсаков.

— Князь Блинов ставит на графа Мамонтова. Тот силён в финансах, и через него Блинов сможет зайти в банки, рудники и железнодорожные концессии.

Фёдор Михайлович скривился.

— Мамонтов слишком жаден, и Его Величество об этом знает.

— Согласен. Но деньги у него есть, и он уже начал скупать лояльность мелких родов, — ответил Лапин.

— Что с нашим кандидатом?

— Граф Вяземский готов отправиться в Сибирь. У него неплохая репутация, нет открытых врагов среди сибирских родов, и он достаточно зависим от вас, чтобы не забыть, кому обязан возвышением.

— Именно поэтому он мне и нравится, — усмехнулся Корсаков. — И насколько, как ты считаешь, он будет нам полезен в Новосибирске?

— Весьма. Через Новосибирское княжество можно будет контролировать новые промышленные проекты, часть потоков целительских эликсиров, поставки артефактного сырья и, главное, баланс местных родов. После истории с Серебровым регион стал слишком заметным, — ответил советник.

При имени Сереброва Фёдор Михайлович задумчиво постучал пальцами по подлокотнику.

— Слишком молодой граф наделал слишком много шума.

— Зато главы родов к нему прислушиваются. Если государь решит учитывать мнение местных, то кандидат, за которого проголосует Серебров получит весомое преимущество. Стоит учитывать, что у Юрия Дмитриевича есть вассалы и союзники, которые наверняка поддержат именно его выбор.

— Значит, надо сделать так, чтобы он поддержал Вяземского.

— Или хотя бы не выступил против, — кивнул Александр.

— Что можно ему предложить?

— Совместные проекты, гарантии невмешательства в его дела, поддержку в Петербурге. Можно намекнуть, что мы поддержим его новый завод в столице. Как вы знаете, Серебров открывает лицензионное производство немецких эликсиров на Васильевском острове.

Фёдор Михайлович кивнул.

— А что собираются делать остальные?

— Барятинский попытается давить через военные связи. Блинов, вероятно, попытается раскидываться взятками. Остальные, как я понял, пока выжидают. Великая княгиня Арина Сергеевна, скорее всего, поддержит того, кто пообещает ей доступ к медицинским проектам. А Черкасский может вообще выставить своего человека в последний момент, пока у него нет кандидата…