Книга Пипец Котенку! 1, страница 11 – Александр Майерс

Тысячу серрангов мне в портки! Вот это попа… А такие короткие юбки — это вообще законно? Тем более в интернате, где полно голодных юнцов?

Маргарита садится обратно, и мой взгляд приклеивается обратно к декольте.

— Что-то не так? — кажется, она немного смущается.

— Всё очень даже так. Вы как никогда очаровательны, сударыня.

— Спасибо за комплимент, — улыбается секретарша и погружается в работу.

Время от времени бросает на меня короткие, будто вопросительные взгляды. А я не стесняюсь, продолжаю её разглядывать. Не забываю с помощью маны контролировать возведение небоскрёба в штанах. А то будет неудобно входить к директрисе с Невской башней под брюками.

О, а память Ярослава всё больше сливается со моей. Раньше я и понятия не имел, что такое небоскрёб, и уж точно не слышал о Невской башне. А теперь знаю, что это многоэтажное здание во втором крупнейшем городе Российской империи, в Санкт-Петербурге.

Маргарита

Охранник выходит из-за двери кабинета с хмурым лицом и проходит мимо, не прощаясь. Дверь остаётся открытой. Из-за неё доносится холодный, жёсткий приказ:

— Котов, сюда!

Встаю. Оставляю рваный пиджак на лавочке. Маргарита смотрит на меня с сочувствием, как бы желая удачи. Задорно подмигиваю ей и захожу в кабинет.

— Воспитанник Котов по вашей просьбе прибыл, — приветственно киваю и рассматриваю главный ужас обитателей приюта, сидящий за массивным столом.

Не такая она и страшная. Даже напротив, весьма красивая женщина. На вид лет тридцать, может, чуть больше. Высокая, стройная, с тёмно-русыми волосами, убранными в шишку. Одета в строгий брючный костюм, который лишь подчёркивает достоинства фигуры. Особенно одно, точнее, два, больших достоинства, выпирающих под белой блузкой.

Правда, блузка застёгнута до горла, а взгляд Августины Филипповны не сулит ничего хорошего. Глядит, как волк на добычу.

— Служащий интернатской гвардии какие-то сказки про тебя рассказывает, Котов, — начинает директриса, постукивая ручкой по столу. — Мол, ты троих однокашников избил. Но я-то знаю тебя. Ты на это неспособен. Так поведай мне, пожалуйста, что там случилось?

Последний вопрос, несмотря на «пожалуйста», звучит как требование. Не удивительно, но мне не нравится, когда со мной говорят в таком тоне. Поэтому мысленно призываю печать Обольщения и активирую.

Директриса — дворянка и обладает не самым низким рангом. В плане владения маной, я имею в виду. Поэтому не скуплюсь и вливаю в печать всю накопленную энергию.

Печать Обольщения активирует одноимённую ауру. Не могу сказать, насколько её хватит. И на каком расстоянии будет действовать. Раньше-то несколько моих аур охватывали целый мир… Но не будем о грустном.

Тем более, что есть повод для радости. Печать сработала! Я и сам чувствую эманации ауры. А директриса, даже если тоже их чувствует, не может противиться. Её злость утихает, карие глаза разглядывают меня с интересом.

— Ты… как-то иначе выглядишь, Котов.

— Может быть, ваше благородие, — память Ярослава подсказывает, что к дворянке из баронского рода стоит обращаться именно так. — На меня только что снизошло озарение.

— Какое же?

— Я ни разу до этого не обращал внимания, какая вы красивая женщина.

— Что ты себе позволяешь, Котов? — строго спрашивает директриса, но я вижу, что ей приятно. Строгость лишь наигранная.