Книга Пипец Котенку! 1, страница 99 – Александр Майерс

Хотя именно поэтому он так и говорит. Получил печальный опыт и пытается меня от него оградить.

— Спасибо за заботу, ваша светлость, — кланяюсь. — Но мне по душе рисковать. Кстати, а что вы собираетесь сделать со своими деньгами?

— Собираюсь открыть спортивный клуб в городе. С двумя залами: один для груба, другой просто качалка.

— А денег хватит? — с сомнением чешу подбородок.

— Думаю, да. Погоди-ка, — подозрительно щурится Бернард. — Тоже хочешь поучаствовать?

— Ага. Вложу, скажем, пятнадцать тысяч. Сразу уточню, что вести дела не собираюсь, поэтому согласен на меньший процент. Пассивный доход мне не повредит, — широко улыбаюсь.

Да и собственный спортивный клуб тоже. Пусть он будет хоть на половину или там на треть моим собственным. Всё равно здорово. Место, где можно упражняться самому и пялиться на сладкие попки и точёные фигурки спортивных девушек.

Тысячу серрангов мне в портки! А ведь это идея. Не просто пялиться, а помогать красоткам. Ни одна не откажет, если к ней подойдёт совладелец клуба. Позанимаемся в зале, потом позанимаемся ещё кое-чем…

— Что-то я прям загорелся, тренер. Вы же не против взять меня в партнеры?

— Если ты правда не будешь лезть в дела — с радостью, — сложив руки на груди, говорит Бернард. — А то больно голова у тебя горячая.

— Договорились!

Обмениваемся рукопожатием, и я отправляюсь по своим делам.

Решение перестать ходить на общие тренировки далось мне не так просто, как вы думаете. Я ведь там подружился с Грихой и другими парнями. Заниматься в группе весело. Но, увы, веселье весельем, а у меня есть цели.

Не могу отказаться от них ради того, чтобы поржать с приятелями.

Правда, я сам не до конца понимаю, что же у меня за цели… Богатство и могущество, это понятно. А что ещё?

Э-э…

Месть! Точно. Как я мог забыть?

Останавливаюсь посреди коридора. Вдруг понимаю, что воспоминания о прошлой жизни стали ещё тусклее, чем до этого. И почти не вызывают эмоций. Предательство Фредрика и Силати уже не поднимает бурю праведной ярости в моём сердце. И от этого даже страшновато как-то.

Что, если забуду, кто я? То есть, кем я был. Ведь теперь я, так или иначе, Ярослав Алексеевич Котов.

Алексеевич, да. Интересно, ведун узнал что-нибудь насчёт моих родных? Надо обязательно спросить, я ведь к нему и иду. И заодно взять тетрадь, в которую он записывал историю моей прошлой жизни.

— Эй, Котя!

Оборачиваюсь и вижу Порохова за ручку с Соней. Улыбаюсь и машу им.

— Привет, — пожимаю Григорию руку и слегка кланяюсь девушке. — Прекрасная любительница библиотек, рад вас видеть.

— Тише, балда, — Порох тычет меня кулаком в плечо, а щёчки Сони розовеют, становясь почти одного цвета с её волосами.

— Дурак ты, Котов! — бурчит она.

— Шучу, шучу! Как дела?

— Тренер сказал, ты больше не будешь на груб ходить, — Гриха переходит сразу к делу.

— Есть такое. Много дел, дружище. Утром буду заниматься с его светлостью один на один.

— Как же парни? Что, общаться перестанем теперь?

— Нет. Пойдём гулять вечером? Вы вдвоем и мы со Светой. Только завтра! Сегодня есть у меня одно дельце…

— Я не против, — соглашается Сонечка, крепче беря Гриху под руку.

— Пойдём, почему нет, — пожимает плечами тот. — Ну, ты не теряйся, Котя. Всегда рад видеть.

— Спасибо, Григорий. От души, — перестаю улыбаться и крепко пожимаю парню руку, глядя в глаза. — Ты не думай, мы остаёмся друзьями. Нужна будет помощь, только свистни.