Книга Во власти Скорпиона. Большая игра, страница 111 – Александр Майерс, Гриша Громм

Кабанский смотрит на меня долгим взглядом. Потом — медленно кивает.

— Вы их заманиваете.

— Возможно.

— Рискованная игра.

— Единственная, которая работает. И весёлая, к тому же.

Он молчит ещё несколько секунд. Потом — протягивает руку.

— Удачи, граф. Она вам понадобится.

— Спасибо.

Пожимаем руки. Он уходит.

Я остаюсь один. Смотрю в окно, думаю.

Враги действуют сообща. Пересмешников, Кривошеев, «Ворон и сыновья» — все они части одной машины, которая должна перемолоть меня и мой род в труху.

Но машины можно сломать. Если знаешь, куда ударить.

И я знаю.

Ночь. Прохожу через портал в глубокую Изнанку. Сева ждёт меня у кристаллического дерева.

— Слышал разговор с Кабанским, — говорит он без предисловий.

— И что думаешь?

— Думаю, что ты играешь с огнём, — он скрещивает руки на груди. — «Ворон и сыновья» — серьёзные люди. Если они собрали все расписки отца…

— То я должен не просто выиграть, — заканчиваю я за него. — Я должен их уничтожить. Полностью. Так, чтобы у них не осталось ничего — ни денег, ни расписок, ни влияния.

Сева качает головой.

— Легко сказать. Как ты собираешься это сделать?

— С твоей помощью.

— Моей?

— Ты видел, как братья передают сигналы друг другу?

Он кивает.

— Касание уха — у меня сильная рука. Поворот кольца — блефую. Почёсывание носа — сбрасывай, у меня мусор. Ещё несколько, но эти — основные.

— Отлично, — я усмехаюсь. — Завтра мы используем это против них.

— Как?

— Просто. Когда они будут подавать сигналы друг другу, ты будешь мне сообщать. А я буду играть так, словно знаю их карты. Потому что буду знать.

— Но они поймут, что их читают!

— Не сразу. А когда поймут — будет поздно. Они уже будут в минусе, нервные, злые. Начнут делать ошибки. И тогда я добью.

Сева смотрит на меня долгим взглядом.

— Знаешь, — говорит он медленно, — иногда ты меня пугаешь.

— Это комплимент?

— Не уверен.

Мы обсуждаем детали ещё полчаса. Сигналы, тактика, возможные контрходы. К концу разговора у нас есть чёткий план.

Завтра начинается реальная охота…

Возвращаюсь в свои покои поздно. Думал, что все уже спят — но нет. В гостиной горит свет. С удивлением застаю там Алису.

Она сидит в кресле, закутавшись в шаль. Глаза красные, как будто плакала.

— Алиса? — я останавливаюсь на пороге. — Что ты здесь делаешь?

— Ждала тебя, — она поднимает голову. — Сева, нам нужно поговорить.

У-у, чую разговор обеспокоенной мамы. И как объяснить ей, что я уже давно не ребёнок? Сажусь напротив неё.

— Что случилось?

— Я слышала… — она запинается. — Слышала, что ты проигрываешь. Много проигрываешь. Уже четвёртый день.

И не сомневался, что она заведёт эту шарманку — это было ожидаемо.

— Кто тебе сказал?

— Слуги шепчутся. И гости тоже. Говорят, что ты… — она всхлипывает. — Что ты идёшь по стопам отца. Что просаживаешь состояние, как он когда-то.

Молчу. Не знаю, что сказать. Оправдываться точно не буду, раскрывать все карты… моих реальных планов не знает никто. Но успокоить её как-то надо.

— Сева, пожалуйста, — она хватает меня за руку. — Остановись. Пока не поздно. Я не хочу… не хочу снова это пережить. Смотреть, как всё рушится, как мы теряем всё…

Её голос срывается. Она плачет — тихо, беззвучно, но слёзы текут по щекам.

Я смотрю на неё и думаю о том, через что она прошла. Молодая женщина, которая вышла замуж за богатого графа — и оказалась в разорённом доме, с пасынком-сумасшедшим и кучей долгов. Она держалась, как могла. Пыталась помочь, пыталась спасти то, что осталось.